Левантевски, шприц!

 – Убейте меня нежно, но эффективно! А какого рожна я в таком случае работаю на скорой помощи?

– На какой? Вообще-то мы называемся стремительная помощь или коротко стремпом … погоди, так ты действительно? … О-о-о … ого! – Фельдшер вскочил и принялся метаться, размахивая руками и бормоча вполголоса, – ну все, надо начинать привыкать к ушам на заднице, стулья там новые заказать … это что же со мной теперь такое сделают? Да со всей нашей станцией – что теперь сделает отец настоящей принцессы? Охо-хо, верно мне говорили – не связывайся с родовитыми, одни проблемы от них!

– Чего ты там бормочешь? – С досадою спросила Лиза.

 – Какая еще нафиг светлая принцесса? Почему я здесь? И вообще – кто виноват и что делать? Хотя кто виноват я в курсе. Эта твоя драгоценная принцесска-врачица чего-то не того наколдовала и вот теперь я лечу инкубов и вампиров в компании оборотня. Мать моя медицина! Это ж надо было так встрять!

Левантевски внезапно остановился. Затем медленно развернулся к Лизе – в его глазах лихорадочно вспыхивали и угасали сотни каких-то мыслей.

Он медленным жестом подтянул к себе табурет и сел лицом к лицу с Лизой.

– Перво-наперво, – дрожащим голосом начал он, доверительно положив руку ей на плечо, – перво-наперво нам нужно сделать так, чтобы никто не догадался о произошедшем, поняла? Нужно научить тебя всему, что знала и умела Альзиенна. К счастью, она всегда полагалась на поддержку стоящих за ее спиной влиятельных родственников, так что умела она немного.

Есть только одна проблема: лекарем-попой прикинуться не так уж и сложно, но настоящая Альзиенна помимо этого была чрезвычайно светской дамой. Понимаешь? Она знала всех на каждом приеме, на каждом балу, на каждой вечеринке, а она не пропускала ни-че-го! Она знала все обо всех, каждую сплетню помнила годами … это катастрофа!

Парень низко склонился и двумя руками вцепился в свои кудри. Лиза осторожно тронула его.

– Ты мне хотя бы расскажи как такая роскошная дамочка внезапно начала разъезжать с тобой и помогать всяким страдальцам? Что – решила посвятить себя благородному делу? Так может это выход? Пустим слух, что Альзиенна полностью погрузилась в доброту и благородство, эдакая сестра милосердия, которая решительно отказалась от развлечений.

Как раз не придется на все эти балы с раутами ходить.

Левантевски издал судорожный вздох и поглядел на нее одним глазом. Затем решительно замотал головой.

– Сразу видно, что ты ее не знаешь.