Миродеи

Танзер с удовольствием выслушал еще несколько робких стуков и только потом включил механизм, распахнувший дверь. На пороге неуверенно топталось существо размером с девятилетнего ребенка, его остренькая мордочка выглядела испуганной.

– Можно? – Пискнул посетитель, пытаясь оторвать свои ноги от земли и переступить порог. По-видимому, это было существо очень робкое, но доведенное до крайнего отчаяния, раз уж оно само пришло сюда.

– Конечно можно! – Расплылся в любезной улыбке Танзер и нажал что-то еще – к посетителю плавно подкатилось кресло, качнулось, будто не веря в существование гравитации, и беззвучно опрокинулось.

Танзер сдержанно цокнул языком, но тут же подскочил и поставил кресло как надо.

– Присаживайтесь, будьте так любезны! – Приободрил он нервно трясущееся существо. – И расскажите нам, что вас сюда привело.

– Нам нужна помощь. – Отчаянно пропищал клиент и обхватил себя руками, чтобы сдержать нервную дрожь.

 – На нашей планете высадились конге?деры. Жуткие, страшные существа! Они высадились прямо посреди наших полей и объявили их своими землями по праву захватчика. Мы не хотим с ними воевать – да у нас и нет ничего такого, как его там … ожурия? Мы мирные существа. А они … они жуткие!

В подтверждение своих слов существо слегка подпрыгнуло, отчего кресло едва не повторило свой знаменитый кувырок – Зуртогга едва успел придержать его, благо размеры конторы и длинные руки позволяли ему спокойно дотянуться.

– Да! – Отчаянно пискнул клиент. – Просто попросите их вернуть нам поля. Но скажите, что мы их не гоним. Пусть найдут себе другое место … хотя бы даже и на нашей планете. Мы мирные. Мы слабые. Мы ни с кем не ссоримся.

Пока Танзер вел беседу, издавая сочувственные возгласы и патетические стоны, иногда хватаясь за грудь, закатывая глаза и часто-часто кивая головой, Зуртогга что-то сосредоточенно писал на большом листе.

– Что же! – Сказал Танзер, обращаясь к напарнику. – Зу … эээ … мой дорогой товарищ и соратник. Гм. Должно быть нам теперь нужно обсудить стоимость нашей работы.

– Как? – Страшно поразился все еще возбужденно трясущийся клиент.