Курсант. Назад в СССР 11

Ну да… пока нет интернет-помойки, соцсетей и прочих тиктоко-ютубовой дряни – книга для советского человека единственный легкодоступный источник развлечения. Даже, чтобы посмотреть фильм, надо идти в кинотеатр или ждать вечера у телевизора, а лучше – субботы, там и фильмы поинтереснее показывали. Днем же фильмец глянуть почти нереально, программа телепередач пестрела лишь такими высококультурными заголовками: Играет духовой оркестр ДК им. В. Чкалова (Москва); Встреча школьников с бригадиром комсомольско-молодежной бригады шахтеров A.

Л. Царевским – и прочими упоминаниями о Велогонках дружбы стран Балтийского Моря. Все правильно… Днем работать люди должны, ну, или окультуриваться…

– Можно нас с супругой переселить в номер с двуспальной кроватью? – улыбнулся я.

– У вас в паспортах штампов нет, – буркнула тетя. – Не положено…

– А селить, значит, в один номер разнополых коллег положено?

– Будете зубоскалить, молодой человек, вообще вас расселю по разным номерам.

– Это вряд ли, – хмыкнул я и вытащил «туза из рукава», то есть, корочки свои верные.

 – Майор милиции Петров. Дайте-как мне телефон вашего директора… И кстати… У вас там в коридоре огнетушитель просрочен.

– Ой, – подскочила тетя, тряхнув рыжими кудряшками. – Что же вы сразу не сказали, что из милиции? Я вот как раз про вас читаю… Сотрудник уголовного розыска идет по следу убийцы старушки.

– Очень интересно, – я поставил на стойку бочонок-брелок с прицепленным к нему ключом от номера. – Если можно, нам комнату с видом на сквер, а не на улицу.

Тише будет.

– Конечно! – администратор суетливо выудила из ячейки ключ с номером «13» на деревянном брелоке. – Вот… Если вы не суеверный, то номер, самый лучший из данного сегмента, с балконом. Приятного вам отдыха…

– Спасибо, – я сгреб ключ.

Что мне эти цифры, ничего они в жизни нашей не решают.

– А Всеволода Харитоновича обязательно почитайте, – тетя с энтузиазмом помахала книжкой. – У нас в ресторане можно, между прочим, его книги под запись взять.

– Ага, почитаю.

– Я ведь благодаря его романам и прониклась сочувствием к работе наших органов. В фильмах все не так, наигранно, а Всеволод Харитонович ведь сам когда-то в милиции служил, поэтому и пишет не понаслышке. Жизненно, так сказать… Правдиво.

– Вот как? Светлицкий – работник милиции?

– Бывший, – закивала администратор, гордясь своими познаниями в биографии писателя. – Я к нему на встречу с читателями в дом литераторов ходила. Он там про себя рассказывал.