Мозаика пути

– Вы, наверное, ищите меня, – его фраза прозвучала больше как утверждение, нежели как вопрос.

– Вряд ли, – я усмехнулась. – Но вы правы. Я ищу здесь одного человека. Я, правда, не знаю, кого именно я ищу, и чем именно он занимается. Однако я уверена, что должна его найти.

– Вы сейчас говорите о старике? – он снова говорил почти утвердительно, и лишь его бровь поставила в конце сказанного им предложения вопросительный знак.

– Да, – мой ответ был краток, ведь мне нечего было добавить, да и собственно объяснять что-то не было необходимости, потому охотник, судя по вопросу, знал, о ком идет речь.

– Ищите путь? – спросил он. Я пыталась уловить в его голосе нотки насмешки, но вопрос прозвучал ни больше и ни меньше чем просто, как вопрос.

– Если так можно сказать…

– Если вы в этом не уверены. Зачем вы здесь?

– Я уверена, – я посмотрела на него, пытаясь найти какую-то подсказку в выражении его лица. – Скажите мне, я что-то не понимаю? Или я совсем ничего не понимаю?

– Пол Старик.

Ударение на первый слог. Приятно познакомиться. Следуйте за мной, – он развернулся налево, перекинув ружье через плечо. Он даже не посмотрел, иду ли я за ним. Я стояла, как вкопанная, пытаясь восстановить хронологию событий.

– Советую поторопиться. В этом лесу помимо ядовитых змей есть еще немало диких зверей, которые выходят на охоту ночью, – выкрикнул он прямо на ходу, ни разу не обернувшись.

Я не могла сказать, что этот охотник внушал мне доверие. Но каким бы странным он мне ни казался, он все-таки спас мне жизнь.

И с ним было безопасней, чем быть одной.

– Пол Старик? – я надеялась, что он ответит на вопрос, который я, можно сказать, не задала.

– Да я не так уж стар, – усмехнулся он. – Люди, которые ищут путь, быстрей бы находили меня, если бы знали, что им нужно искать не старика.

– Но почему?

– Узнаете позже, – он был немногословен.

– Куда мы идем?

– Вы хотите получить ответы на все вопросы разом? – он повернулся так резко, что я носом уткнулась ему прямо в грудь.

Во внутренних карманах у него было что-то очень жесткое поэтому, от удара в переносицу у меня заслезились глаза. Я слегка приподняла брови и увидела над собой суровый осуждающий взгляд, пронизанный строгостью разочарованного учителя. Я сделала первое, что пришло мне в голову – отступив на шаг, опустила голову и махнула головой, как обычно, это делают провинившиеся дети. Я как бы обещала, что больше ничего не спрошу и не скажу ничего лишнего.