Мироздание

Мироздание

Рафаэль Май

Что может связывать молодую русскую художницу, готовящую свою первую выставку, и несостоявшегося американского писателя? Гадалку из Марокко и шизофреника из Лионской психиатрической больницы? Возможно, это нечто, что объединяет и события, происходящие на разных концах Земли: автомобильную аварию в Санкт-Петербурге, пожар в московской квартире и научную конференцию в Лионе… Череда случайностей и смертей сводит незнакомцев, которые не подозревают, что знакомы друг с другом задолго до судьбоносной встречи…

Рафаэль Май

Мироздание

Глава 1

* * *

Она стояла на краю.

Еще нигде жизнь и смерть не были так близко друг к другу. Вокруг и внутри – пустота. В ее жизни не было ничего, за что можно было уцепиться. Шаг назад – это шаг вперед. Шаг к жизни. Но сделать его – означало снова оказаться у пропасти и зависнуть над пустотой. Такой была ее жизнь. Не хватало смелости сделать этот прыжок, чтобы все закончить и умереть. И уже не оставалось сил отступить, чтобы жить.

Соленые, как море, слезы обжигали ее нежное лицо. Который раз она стояла тут… Сегодня она не оглядывалась назад не потому, что не хотела. Просто не на что было оглядываться. Снова и снова здесь ей приходилось осмысливать свою никчемность. Прыгни она вниз, никто и не заметил бы ее смерти. Такой же незаметной оставалась и ее жизнь.

Она чувствовала пустоту… Ощущала себя пустотой. И ее пугала лишь неизвестность, что ждала внизу. Но еще больше ужасала предопределенность, встреча с которой была неизбежна, не сделай она этого шага.

Она продолжала стоять под дождем, и капли этого дождя смешались с ее слезами…

* * *

Кэтрин стояла на краю пустой крыши. Она не раз наблюдала тут за вечерним и ночным небом. Всегда одна. Одна она была и сегодня. Только теперь она уже не собиралась провожать закат. В этот раз она хотела, чтобы закат проводил ее… Она устала. С каждым днем ей становилось все труднее придумывать оправдание собственной никчемности.

Она еле держалась. И словно само небо, то самое небо – то единственное, что она любила в бессмысленной жизни – сегодня плакало вместе с ней…

– Привет!

– Питер! – вскинул Уолт от неожиданности. – Сколько раз можно говорить, прежде чем войти, надо стучать?!

– А сколько раз тебе можно говорить, что на меня все эти правила не распространяются? И вообще… Что ты тут сидишь в темноте, как летучая мышь? – Питер расправил шторы.