Мироздание

– Ты меня отвлекаешь, – угрюмо буркнул Уолт и продолжил работу с ноутбуком.

– Да что ты там делаешь? Все никак не расстанешься с безумной идеей написать книгу? – Питер замолчал в ожидании, как искривится физиономия друга.

– Знаешь, я никогда не сомневался в твоей способности выводить меня из себя. Но сегодня у меня отличное настроение. И даже ты мне его не испортишь!

– Так каков же сюжет? – спросил Питер, копаясь  в завалах бумаг на столе

– Да.

– Действительно. Вполне логичный ответ.

– Ты меня отвлекаешь!

– Может, куда-нибудь сходим? Например, в бар?  Сколько можно возиться с этим романом?

– Я только начал.

– Не ври. Ты пишешь его уже год.

– Тебе не понять.

– Может, попробуешь объяснить?

– Ты, кажется, собирался в бар, – наполнил Уолт.

– Да, с тобой! – Питер не отступал, ведь лучшей компании сегодня ему было уже не найти.

– Может, и вправду проветриться…

– Чувак, – друг хлопнул по плечу Уолта. – Кружка пива вдохновению не повредит!

Молодые люди вышли на улицу и направились в сторону местного бара.

В это время ночная жизнь пригорода только начинала закипать, хотя она была далека от шумных будней мегаполиса.

* * *

В маленьком зале нарастала волна недоумения. Никто не ожидал, что обычный семинар превратится в горячую дискуссию. Не умолкали голоса ошеломленных студентов, а увлеченный монологом профессор продолжал поражать коллег собственными теориями. Казалось, семинар уже давно вышел за рамки темы, которая была предложена к обсуждению.

– Ну и с чего же, по вашему мнению, все началось, профессор Блек? – послышался чей-то голос.

– Предположим, была пустота, – на его предисловие послышалась чья-то ухмылка в виде короткого «И?».

– Позвольте мне продолжить… Итак, сначала была пустота. Но что такое пустота? Можно представить пустую емкость, пустой лист бумаги, но представить пустой мир весьма сложно. Не так ли? – профессор снова обратился к залу, но аудитория его решительно проигнорировала. – Сначала не было ничего, но раз ничего не было, не откуда было взяться и самой жизни.

И откуда же тогда такое множество космических тел, звезд и планет, что мы даже не можем определить реальные размеры Вселенной: настолько она велика.

– И что вы хотите этим сказать? – неожиданно спросил профессор Беккер.

– Все имеет объемы, лишь в математике существуют неограниченные функции, которые уходят в бесконечность или приближаются к асимптотам, никогда не пересекая их.