Красавица

Будто бы она взволнована или растеряна. Может, замышляет что-то противозаконное.

Она привлекает мое внимание, несмотря на орду снующих вокруг людей, от нескольких из которых веет потусторонней энергией. Ее беспокойство выглядит заманчиво, так как оно вовсе не напускное. Она не замечает никого вокруг, все внимание приковано к выполняемому делу. Конечно, несчастным смертным сложно пробираться сквозь толпу, ведь они совершенно не осознают опасности. Завидую их слепоте.

Толпа меня очаровывает. Люди предоставляют демонам вроде меня такой богатый выбор.

Столько возможностей увидеть их на одном дыхании. Ибо разве мы не всегда – как люди, так и создания ночи – притворяемся?

Я отступаю.

Больше всего я наслаждаюсь тем мигом, когда бросаю первый взгляд на людей. Когда впервые примечаю свою жертву, а она даже не догадывается, что за ней наблюдают. Действует необдуманно. Улыбается без причины. Смеется, думая, что никто не слышит.

Я знаю, как это все звучит. Звучит… обескураживающе. Я в курсе. Но по природе своей я обескураживаю.

Бывают моменты, когда я могу вести себя очаровательно. Я знаю много языков, мне дважды довелось объехать весь мир. Я могу спеть оперу Верди «Аида», не подглядывая в ноты.

Разве я не заслуживаю хотя бы малейшего восхищения за все это?

Мне хочется думать, заслуживаю, хотя знаю, что это невозможно.

Демоны недостойны людского снисхождения. Так говорят люди, по крайней мере.

Однако я открою секрет. В свое время мне удалось понять, что можно вести себя одновременно обескураживающе и очаровательно.

Вино может быть сладким, хотя оно и затмевает рассудок. Мать может любить и ненавидеть своих детей в один и тот же день.

И хищник может презирать себя, когда наслаждается своей трапезой.

Понимаю, мое поведение может показаться странным. Неподобающим. Но я создание странное. Создание, рожденное отдельно от этого мира.

Не беспокойтесь за меня. Мне никогда не приходилось быть в числе тех бессмертных, которые наслаждаются игрой со своим ужином, не очень-то я люблю и преследовать своих жертв.

Я не выискиваю их слабости; скорее понимаю их человеческую натуру. Есть что-то… неправильное в том, чтобы относиться к живому существу так, словно оно создано лишь для моего развлечения. Каждый мой поступок имеет причину. Именно это отличает меня от многих обитателей Другого мира.

Мое чувство вины.

Я переживаю за каждую жизнь, которую отнимаю. Убийство прошлой недели на причале ни капли меня не воодушевило.