Ярость и рассвет

Он что-то держал в руках, прижимая к груди.

– Баба, с тобой все в порядке?

– Прости, дорогая, все хорошо. Теперь можно ехать, – пробормотал Джахандар. – Просто… Хотел убедиться, что все двери заперты.

– А что у тебя там? – поинтересовалась Ирса?

– Хм-м? – переспросил Джахандар, подходя к лошади и открывая седельную суму, чтобы убрать загадочный сверток.

– Что у тебя в руках?

– Ничего, так, всего лишь один из особенно дорогих мне фолиантов, – отмахнулся отец.

– Мы что, проделали такой путь ради книги?

– Не мог уехать без нее, дитя мое.

– Должно быть, этот фолиант был действительно особенным.

– Все они по-своему особенные, дорогая.

– И что это за книга?

Джахандар с превеликой осторожностью убрал древний, обтянутый кожей томик в седельную суму и, уже не заботясь об аккуратности, запрыгнул на лошадь. Затем сделал знак вознице трогаться.

Их маленькая процессия направилась к воротам, ведущим из города, по все еще сонным улочкам Рея.

Ирса подъехала как можно ближе к отцу и взяла его за руку в надежде обрести такую же поддержку, которую предлагала сама.

– Все будет хорошо, моя драгоценная девочка, – сказал он рассеянно.

Ирса кивнула, отметив про себя, что отец так и не ответил на ее вопрос.

Гора из адаманта

Как только Шахразада дотронулась до халифа, то ощутила холодное безразличие, словно она покинула собственное тело и теперь парила вовне, став простым наблюдателем всего происходившего.

К счастью, халиф не пытался ее поцеловать.

Да и боль продлилась всего мгновение и тут же растворилась в блаженном забытьи отстраненных мыслей. Похоже, царь из царей тоже не получил особого удовольствия. Если он и испытал наслаждение, то лишь на миг. От этого осознания Шахразада почувствовала мстительную радость.

Когда все закончилось, халиф молча поднялся с кровати, откинул в сторону легкую завесу и принялся одеваться с военной четкостью. На обнаженной спине блестели бисеринки пота.

Вне всяких сомнений, Халид ибн аль-Рашид был сильнее Шахразады. Ей ни за что не удалось бы одержать верх лишь за счет физических данных.

К счастью, она явилась не сражаться. Она пришла, чтобы победить.

Девушка села, взяла со стула великолепную шамлу, продела руки в глянцевито поблескивавшую парчовую ткань и затянула серебристые завязки. Затем встала и приблизилась к халифу.