Сухопутная улитка

Пока папа с ними жил, всё это готовилось десятками банок. Теперь нет. Теперь только варенье, и то больше по инерции… Бабушка копалась на балконе – Марина копалась в земле, выискивая яйца – всё-таки ули успели их разнести-разбросать. Надо сразу было, ? бесилась Марина. – А теперь выбирай их. Вроде бы собрала в пластиковую коробочку все яйца, тщательно ещё раз, пальцами, прощупала землю. Положила коробочку в морозилку. Ночью встала, взяла деревянную толокушку и стала толочь замороженные яйца. В кухню вошла заспанная мама:

? Ты что, Марина?

? Ничего.

Улька яйца отложила, я их заморозила, теперь крошу, чтоб их ей же скормить.

? Ужас какой!

? Всё по инструкции, из интернета.

? А почему ночью, Мариночка?

? Мама! Уля ночной моллюск!

Она хотела сказать как обычно «мама отстань», но как раз по риторике прошли синонимические образы речи, рерайт. Слова можно говорить любые, важна интонация – убеждала Алевтина Ивановна. Марина испытала новое знание на маме, и это сработало. Мама спокойно пошла спать.

Марина высыпала яичный порошок в аквариум – можно сказать, развеяла пепел по ветру. «Надо было пепел на листочек салатный положить, так легче бы Юлке было. Хотя… пусть тренируется, двигается в своём замедленном темпе. И пусть мне приснится, что в заторможенном мире тормозов моя Юлька самая быстрая». Но Марине ничего не приснилось.

Глава шестая. Аномальная жара

Паника! Жёлтый уровень опасности! Аномальная жара!

Киса уехал на дачу. Хотя обещал сидеть в городе всё лето ради неё, ради Марины.

А вот – сбежал. Жара ? хорошо так за тридцать. И уже загорелись леса. Запах гари иногда приносит ветер.

Паника дикая. Все бегут. Утром из-за смога не видно в окна ничего. Мама звонит папе. Второй раз за три года! Требует, чтобы папа позвонил Елене Валерьевне. Папа юрист, адвокат, он знает, как разговаривать.

? А ты социолог! – орёт папа в трубку так, что Марина всё прекрасно слышит. – Ты привыкла общаться с людьми.

? А ты не привык?

? Меня достали люди! – визжит, как девчонки у них в школе, папин голос.

 – Я бесплатно с ними не общаюсь, поняла?

? Но это твоя дочь! – плачет мама.

Марина не плачет, как мама, нет, не причитает по-бабьи. Марина спокойно берёт Юльку, несёт её под кран. Юлке тяжело. Жара и пустыня – не её стихия. Всё голо, всё пресно, катятся по пустыне перекати-поле родительских ссор и взаимных обид.

? Просто папа бабник, ? шепчет Марина Юльке. – Сам виноват, и поэтому хочет доказать, что мы с мамой плохие.