Между оборотнем и драконом

Растопив печь, Лизавета плюхнула на огонь самую большую кастрюлю с водой, сунула в нее кусок мяса, промыла мешочек крупы и пожалела, что не купила в лавочке лука и моркови. Слова тролля подтвердились: в ящичке с пряностями, в мешочках без бирок осталась одна труха, как и в ларе с овощами. Хорошо, что соль сохранилась, хоть и затвердела. Ей и двадцать лет не помеха, и отсутствие стазиса.

***

На запах мясной каши Ыргын явился с ложкой и миской. Лизавета погнала его мыть руки перед едой. Тролль потоптался возле умывальника, словно не понимая, чего от него хотят, потом сообразил и кое-как отмыл свои лапы.

Только тогда Лиза пригласила его к столу, лично наполнила миску и налила в кружку кипяток с мятой. Зеленокожий мужик наблюдал за ней с безмерным удивлением, почти со страхом.

В разговоре стало понятно его ошеломление: троллей-рабочих обычно не приглашали к столу, им просто наполняли миску или выносили во двор общий котел на артель. То, что Лизавета в первый же день усадила его обедать рядом с собой, произвело на Ыргына неизгладимое впечатление.

Наполнив его “миску” второй раз, Лиза похвалила себя за предусмотрительность: каши в кастрюле осталась ровно половина. Впрочем, варево получилось вкусным, так что она положила и себе добавки, а потом спросила у тролля:

– Еще?

Зеленокожий работник усиленно закивал.

– Ешь, как закончишь, еще дров принеси и воды сюда, в кухню. Потом скажи мне, как здесь люди белье стирают? Занавеси, гобелены, портьеры? Не вручную же?

– Дык у нас общественные прачечные есть, туда ходят те, кто победнее.

А у кого деньги водятся, тот прачек на дом зовет. Они белье забирают и в частные прачечные относят, – отозвался Ыргын, моментально съедая кашу. – Там и погладят, и накрахмалят, все как положено.

– Значит, как все сделаешь, найдешь мне прачку, – решила Лиза, – тут много покрывал, занавесок, даже балдахин есть, да и ковры нужно почистить.

Ковры в доме оказались очень качественными, явно дорогими и… грязными! Похоже, маг не снимал уличную обувь даже в спальне!

– А мы с тобой завтра будем порядок наводить, – добавила она.

 – Крышу бы еще проверить и чердак…

***

Следующие дни прошли в состоянии глобальной уборки.

С утра Лизавета ставила на печь самую большую кастрюлю с немудрящим варевом и несколько ведер воды, потом натягивала передник, платок и кожаные перчатки, купленные в лавке господина Ташара, и принималась за любимую работу.