Между оборотнем и драконом

Похоже, экономка приложилась к бутылочке, то ли от радости, то ли от горя.

– Не плачьте, – Лиза похлопала ее по плечу, – теперь у дома новый хозяин, и, кто знает, может, он лучше прежнего. Вы же сами жаловались, что лорд Дарби был очень скуп.

– Кто? – возмутилась экономка. – Я? Да никогда в жизни я не могла сказать такое про этого милейшего человека! А вот новый хозяин еще тот прохвост! Заплатил за дом драконьим золотом!

Глаза госпожи Эдессы расширились, когда она таинственным шепотом произнесла последнюю фразу.

У Лизы ёкнуло сердце. Не далее чем вчера она своими глазами видела это “драконье золото”, правда, если бы Ыргын не объяснил, что к чему, то и не поняла бы.

– А как зовут нового хозяина, не подскажете? – осторожно спросила.

– Эйфор Сиорлис. Говорят, он разбогател на незаконных артефактах.

– А почему так говорят?

– А откуда у него такие деньжищи? Точно контрабандой занимался или еще чем-то противозаконным. А еще говорят, что он внук пропавшего мага!

Экономка снова сделала большие глаза.

Эту версию Лизавета уже слышала, и Инмар косвенно ее подтвердил. А вот что касается остального…

Мальчишка не напоминал того, у кого проблемы с законом, скорее шалопая, которому требуется крепкая родительская рука.

Но следующие слова экономки заставили ее замереть:

– Он вчера к нам явился, думал, никто не заметит. А я-то не слепая, сразу подметила, какой костюмчик на нем! Все знают руку мэтра Дево! Он единственный в городе маг-портной, который заговаривает ткань и на каждое свое изделие свою метку ставит.

Откуда у этого чужака такая одежда?

– Купил? – выдала Лиза самую логичную версию.

– Как же! – хлюпнула носом госпожа Эдесса, а потом полезла за пазуху. Она извлекла оттуда плоскую фляжку, сделала пару глотков и добавила: – Скорее ограбил какого-нибудь беднягу-купца по дороге сюда. В это я больше поверю!

Лиза только головой покачала:

– Зачем ему кого-то грабить, если вы сами сказали, что у него есть золото? Мог бы купить.

– Ик! – выдала экономка и вдруг с подозрением уставилась на собеседницу.

Оценила фартук, косынку, нарукавники так, будто впервые увидела, и прошипела: – А ты чего тут ходишь, вынюхиваешь? Иди, занимайся своими делами! А то ничего не получишь!

И, бормоча что-то про горничных, которые совсем разленились, она побрела прочь из зала.

***

Расплачивался с работницами дворецкий. Недовольно поджав тонкие губы и глядя на них свысока, он отсчитал треть оговоренной суммы.