Нейроны льда

Помнишь, особо опасных преступников ссылали при царе Петре, кажется? У меня холодные батареи, за окном противно так, мокрый туман стелется, – Домна подошла к широкому окну. – Вот и раз. Сегодня тумана ещё больше, как будто все люди одновременно затянулись сигарой и выдохнули.

– Я тоже ненавижу раннее утро. – Согласилась Анисия. – Она сосредоточенно жарила крошечные оладьи.

– Ты добавила в них мой кефир? – Подошла Домна.

– О да. Тебе придётся есть калорийный завтрак. – Засмеялась Анисия.

– Я не против.

В вашем садике еда чистый яд. – Скривилась Домна. – Жарь всё, мы их с собой возьмём.

– В саду всё жарят на сливочном масле. И если учитывать, что начальство на продуктах экономит, то слово «масло» заменяем словом «спрэд».

– А что это?

– Маргарин дешёвый.

– Постой, это же и дети едят? – Насторожилась Домна.

Анисия молча выразительно посмотрела ей в глаза. Понятное дело.

Домна решила проглотить свои комментарии. Здесь все глотали свои чувства и изображали, что жизнь идёт своим чередом.

Но человеческое тело сконструировано и собрано Богом, тело порой говорит само за себя: губы могут улыбаться, голова может гордо сидеть на плечах, да и плечи распрямить не велика проблема – выражение глаз подделать несоизмеримо труднее. И если, оказавшись рядом с человеком, внимательно посмотреть в его глаза, можно получить честные ответы на очень важные вопросы.

Домне, успевшей уловить общее чувство тоски, нравилось, что Анисии так легко у неё в гостях: вдвоём не слышно пустых комнат.

Без Даниэля Домна испытывала болезненную необходимость слышать возле себя суету, чтобы не лезть на стену, выкрикивая его имя. Он так силён, что мог бы вызволить её из этого кошмарного городишки, но есть ли у него желание видеть её снова?

– Твоя мама очень хорошая. Она так просто согласилась забрать Лену. – Проговорила Домна.

– Да, я часто думаю, что вырастив троих дочерей, она могла бы сильно устать от воспитания, – улыбнулась Анисия. – Но баба Ирина просто молодец.

– «Баба» это оскорбление или нет? – Нахмурилась Домна.

– Зависит от интонации. – Развеселилась Анисия, хитро прищуривая васильковые глаза.

– Стоп. Ты сказала у тебя две сестры?

– Да. Старшая и младшая.

– Это невероятная удача. – Задумчиво произнесла Домна. До встречи с Даниэлем она была одна во всех делах. И дружила в школьные годы только с Ладой, которая тоже была единственным ребёнком.

На работу они отправились пешком.