Наваждение. Проклятые элохимы

Вот, оставив бесплодные поиски, девушка заглянула в окно. Постояла немного, прижимаясь лбом к стеклу, повздыхала и с раздосадованным видом направилась в ванную.

Стикс переключил монитор на нужные камеры. Одна была вмонтирована прямо в зеркало, еще несколько показывали ванную со всех сторон. Таким образом он мог беспрепятственно разглядывать помещение. Но его интересовало не это, а гостья.

Осмотрев ванную, она повернулась к зеркалу и замерла, устремив на полку под ним широко распахнутые глаза. На ее лице отразилось почти детское изумление и восторг.

Медленно, будто не веря своим глазам, она протянула руку.

Стикс хмыкнул, когда увидел, что же ее привлекло. Черный флакончик, строгие линии.

«Рашез».

У девчонки хороший вкус.

Зажмурившись, гостья вдохнула аромат духов. А потом, испугавшись чего-то, вздрогнула и уронила флакончик. Огляделась, как человек, внезапно вспомнивший что-то важное. Поджала губы и поставила духи на место.

Даже не попыталась воспользоваться ими.

Отвернувшись от зеркала, быстро разделась, бросая одежду прямо на пол.

Перешагнула ее, резким движением завязала волосы в узел на затылке и встала под струи воды.

Стикс откинулся на спинку кресла.

Хороша. Ох, как хороша без всех этих тряпок.

Узкие плечи, нежный изгиб талии, округлые ягодицы, переходящие в стройные ноги. Молодое, упругое тело. Нетронутое. Можно сказать, нераспробованный десерт.

Она стояла к нему спиной, уткнувшись лбом в стену, а сверху лилась вода. Прозрачные струи били ее по плечам, прочерчивали влажные дорожки по коже, стекали вниз по ногам…

Он сомкнул веки, послал гостье ментальный импульс и представил, как входит к ней.

Неслышно открывает двери. Раздевается, как и она, бросая одежду на пол. Перешагивает бортик ванны и прижимается всем телом к ее телу. Грудью – к ее спине. Бедрами – к ее ягодицам. Накрывает ладонями аккуратные груди. Губами исследует шею…

И как она изгибается, откидывает голову ему на плечо. Стонет и что-то шепчет бессвязно…

Но девчонка почему-то не откликнулась на эту фантазию.

Ментальный импульс прошел сквозь нее незамеченным.

Стикс открыл глаза и резко выпрямился. Такое на его памяти случилось впервые.

Возбуждение исчезло так же внезапно, как и нахлынуло. Вместо него появилось любопытство.

Значит, его загадочная гостья не поддается внушению? А это уже интересно.

Малышка, которую он мысленно окрестил Пташкой, по-спартански быстро вытерлась, завязала халат и протопала в спальню.