Наваждение. Проклятые элохимы

Свежий снег серебрился под светом луны, и на нем темными пятнами выделялись отпечатки крупных звериных лап.

Она застыла, глядя на них. В голове сложилась картинка.

Судя по всему, зверь несся от стены дома через пустырь огромными скачками. Его следы терялись между деревьев, где сейчас царила непроглядная тьма.

И снова тот самый вой разорвал тишину.

Девушка вздрогнула, поплотнее закуталась в одеяло. Ее пробрал внезапный озноб.

Звук раздавался с той стороны, где скрылся неведомый зверь.

У кромки леса мелькнула размытая тень.

Мотнув головой, Пес швырнул в снег разодранную тушу крупного лося. С оскаленной пасти чудовища падали клочья пены. Глаза горели опасным багрянцем, а морду и мощную грудь покрывала свежая кровь.

Взвыв, Пес вскинул голову вверх. Повернулся в сторону дома. И Айне на миг показалось, что он учуял ее.

Вскрикнув, она отступила назад. Едва не запутавшись в одеяле и не упав, спряталась за занавеской.

Сердце зашлось в тревоге и панике.

Как этот монстр проник в охраняемый двор? Как смог обойти охранный контур?

Вывод напрашивался сам собой: или его впустил хозяин особняка, или он все это время был здесь. Ручная собачка элохима. Айна его уже слышала. Вечером. А ночью нувэр Хассель выпустил «песика» погулять.

Последняя мысль ее разозлила. Ненависть к элохимам всколыхнулась черной волной.

Айна боялась их, как всякое разумное существо боится всего, с чем не может справиться и не может понять.

Между тем зверь взрыкнул и снова умчался в тень. На снегу остались только его следы, да еще окровавленная туша с выпущенными наружу кишками. От их вида девушку замутило. Зажав рот рукой, она бросилась в ванную.

Едва успела согнуться над раковиной, как пустой желудок свело болезненным спазмом.

Пару минут ее выворачивало наизнанку. Рот наполнил вкус желчи, перед глазами все поплыло от навернувшихся слез.

То же самое могло быть и с ней, попади она в лапы Псам. С одной лишь разницей: прежде чем сожрать ее тело, они бы сожрали ее разум.

Отдышавшись, Айна открыла холодную воду. Умылась и напилась из-под крана. Каждый глоток давался с трудом. Руки нервно подрагивали, а пальцы были такими холодными, что она их почти не чувствовала.

Немного придя в себя, уставилась на свое отражение.

Нужно убираться из этого дома.