Похищенная

Я сделал второй для тебя, поскольку в моем мире женщины и мужчины не пользуются совместным. И еще… – он на секунду замолк, сверля ее пристальным взглядом, – ты можешь выходить из каюты, но площадь твоих передвижений ограничена моим личным сектором.

Инга пожала плечами.

Пока Аллард говорил, она сумела взять себя в руки и даже принять решение.

Что ж, поскольку вариант бежать отсюда сломя голову, все равно куда, лишь бы подальше, отменяется в связи с невозможностью выполнения, надо срочно искать другой.

Однажды этот корабль где-нибудь приземлится! И к тому моменту она должна быть готова. Должна добиться, чтобы этот инопланетный ублюдок начал ей доверять. Пусть думает, что она смирилась с судьбой, это усыпит его бдительность. Вот тогда у нее появится реальный шанс сбежать.

А как завоевать доверие мужчины? Правильно, поддаться ему. История знает тому кучу примеров.

В конце концов, ей уже двадцать шесть, она давно не девственница и была в ситуациях похуже, чем эта.

Давай, Инга, вытри сопли и соберись! Вспомни, что ты женщина, а не размазня.

– И я буду сидеть здесь одна, пока тебя нет? – Инга попыталась изобразить улыбку, но губы отказывались повиноваться. Одно дело – принять решение, другое – осуществить его.

Сев, она подтянула колени к груди и обхватила руками.

– На корабле нет женщин, чтобы составить тебе компанию.

– А мужчины?

– Это недопустимо. Ты можешь находиться в мужской компании только в моем присутствии, – отчеканил Аллард холодным тоном. Но Инга уловила всплеск какой-то эмоции. Неужели этот кусок льда способен на ревность? – Но ни один мужчина не будет с тобой говорить, если я не дам на то разрешения.

– Ясно, – она с напускным безразличием пожала плечами. – Высшая раса, а туда же: сплошной шовинизм.

– Ты не должна употреблять слова, аналогов которых нет в моем языке.

– Но ты же употребляешь. Что такое арайя?

Ее неожиданный вопрос заставил тарианца застыть. Инга увидела, как его руки сжались в кулаки. Потом перевела взгляд на темный экран, закрывавший его лицо. Кажется, она уже начинала понимать его эмоции по тем странным всполохам, что мелькали на нем.

Но сейчас защитный экран был похож на мертвый провал.

– Это устаревшее слово. Оно не переводится.