Против всех

Слышу дикий хруст веток, снова выстрел – к корням более-менее прочного и ветвистого дерева валится туша упыря, который пытался вскарабкаться наверх. Он обнаружил укрытие Степаныча. Но Степаныч – спецназ. Тут же быстро спустился и спрыгнул следом, на землю, упруго и профессионально.

Подбежал ко мне.

– Ранен? – спросил машинально, видя раны.

– Жить буду. – Повезло. Никто не укусил. Только когти.

– Надо гнать, брат, – он уже открыл флягу со спец раствором, который нейтрализовывал яд упыря и заодно обеззараживал.

Четко полил на раны. Нога, спина, бок. Действовал быстро и аккуратно. Потом подхватил под локоть и дернул:

– Погнали.

И мы погнали. Вот сейчас самое время бежать! Бежать без оглядки из этого чертова логова. Приманка сработала, мы разворошили осиное гнездо, убили вожака и положили большую часть стаи. Обычно больше пяти-семи особей упыри не уживаются, даже если есть сильный, огромный вожак. Но это обычно. Не как сейчас.

Бежать относительно немного, но надо быстро. И надо бежать! Каждый шаг пронзала боль.

С каждым шагом становилась сильнее. Что-то хрустнуло при очередном шаге, я оступился и упал. Привстал на руки, поднялся – Степаныч уже тут как тут, своих не бросает – наоборот, рывком поднял и чуть ли не пинками погнал дальше. Ранен? Похуй, пока можешь бежать, а бежать надо. Быстро.

Бежать я, оказывается, мог.

Мы выбрались из проклятой чащи, преодолели поляну, проскочили, прорвались через небольшую посадку – и достигли транспорта. Большой джип Степаныча – вездеход, надежный и мощный.

Степаныч сам за ним следит, сам проводит апгрейд, где надо. Еще днем, перед вылазкой, я разместил там обереги. Да, паранойя. Но необходимая. Степаныч, думаю, об этом не знает пока что. А я ему ничего и не говорил. Потому что машина – как жена, кого попало к ней он не подпустит. Даже меня.

Но я очень ярко помню случаи, когда вампиры проникали в незащищенные от них – запертые, но не защищенные – машины. Легкая, блядь, добыча…

Поэтому – паранойя спасает.

Уже в машине, когда Степаныч дал по газам, я обернулся.

Сзади темнота.

– Врубай заднее освещение! – командую я.

Он врубил. Мощное, хорошее специальное освещение. Твари боятся света. Я боялся преследования. И недаром – вдали, на окраине посадки, чуть впереди деревьев, мелькнул гадко-серый в ярком свете силуэт, жуткие глаза хищника. Догонять и преследовать он не стал. Пропал за деревьями. Я выдохнул. Но чтобы хоть немного успокоиться, пришлось приложить титанические усилия.