Против всех

Вон туда, прямо в кусты. В самое мрачное место на пустыре. В черное пятно.

Но звало неотвратимо. Да, там есть кое-что – интересное, манящее. Судьбоносное. Надо туда…

Шаг.

Еще шаг. Моя девочка идет ко мне. Плотоядно облизываюсь. И предвкушаю. Черт возьми, как же это прекрасно, когда жертва – не просто жертва. А еще и такая… Ух, повеселюсь.

Шаг. Еще шаг. Если бы Жанна могла осознать, что в голове туман – она бы не поверило в это. Это не сон, не наваждение. Просто она идет туда, куда надо. Именно ей.

И именно сейчас.

До цели остается немного. Совсем чуть-чуть. Но как же непослушны вдруг стали ноги… Как ватные? Да, точно. Жанна не раз слышала это выражение, но считала его глупостью. Когда ты молодая и сильная, поддерживаешь себя в форме, то ноги не могут быть какими-то «ватными». Она почему-то зацепилась за это слово, за эту метафору. По-дурацки. Навязчиво.

И обнаружила, что мысли потеряли всякую связность. Встрепенулась.

Словно очнулась. Сбросила пелену дурмана.

Громом ударило: что она вообще здесь делает?!

Я на секундочку упустил контроль над ней.

Не случайно, нет. Специально и продуманно. Я играю. Ведь это так нереально заводит – играть с жертвой. Пусть не будет бездушной куклой. Пусть осознает, что влипла.

Она близко.

Она не уйдет, не сбежит. Никуда не денется. Мои сети надежны. Пусть птичка побрыкается…

И тут я слышу легкий шорох.

Нет, моя жертва стоит на месте. Пытается сбросить наваждение. Мотает кудрявой головой. Пошатнулась, отступив чуть назад.

Но этот шорох не от нее. Нет, вовсе нет! Кто-то… посторонний.

Точно! Однако, этого не может быть. В принципе не может быть. Никак. Постороннего я проворонить и допустить к себе близко не могу. Без моего ведома ко мне никто и никогда не подкрадется. Ни за что! Я опытный. Беспощадный. Быстрый. Так что там за дрянь умудрилась подкрасться ко мне? Да еще практически незаметно.

Вот только шорох выдал тебя, урод.

Я оборачиваюсь резко, со всей доступной скоростью. А она у меня – нечеловеческая.

Потому что я не человек, и причем давно. И оборачиваюсь не просто так. Нет. Мой оборот – это атака. Удар. Беспощадный. Молниеносный. Хитрый. Убивающий.

Только так.

Ибо того, кто подкрадывается ко мне, можно встретить одним способом. Убить.

Мой удар силен и стремителен. Он должен вспороть чужаку горло. Еще не видя его глазами, я чую, где его горло.

Но что это?

Рука натыкается, будто сталкивается с чем-то. Чем-то тонким, но твердым. Рассекающим.