Сказка – ложь!

Зверь нагнулся надо мной, шумно фыркая, и начал обнюхивать с такой тщательностью, что у меня внутри все похолодело. Его холодный мокрый нос ткнулся мне за ухо, со свистом втягивая в себя исходящий от моей кожи запах, а потом двинулся вниз по шее, оставляя неприятную влажную дорожку. Одной лапой зверь придерживал меня за плечо, а другой нажал на поднятые к подбородку колени. Делал он это неожиданно деликатно, но сила его была такова, что я не смогла сопротивляться и развернулась, подставляя беззащитный живот.

Его нос скользнул по ключице и уткнулся в ложбинку между грудей. Чудовище удовлетворенно заворчало, а я едва сдержалась, чтобы не передернуться от омерзения. Фу-у-у-у!

Но это было только начало! Удерживая меня своими мохнатыми ручищами, это озабоченное чудовище начало обнюхивать меня с такой тщательностью, что я невольно вспомнила всех известных богов. Каждый сантиметр моей кожи, каждая впадинка и выпуклость моего тела были им досконально обследованы. Особенно поразило, когда он всунул нос мне под юбку, ткнулся между ног и тихонько заскулил.

Мне показалось, или я его интересую не только как возможный обед?! Хорошо, что он хоть одежду снять с меня не пытался!

Наконец, завершив "осмотр", он прошелся своим шершавым языком от моей ключицы через шею и щеку до самых волос. Раз… другой… затем, шумно дыша, улегся рядом, подгреб меня себе под бок, обхватил своими лапами, как ребенок любимую игрушку, и довольно засопел мне в макушку.

Через несколько минут его дыхание выровнялось, а я с удивлением заметила, что в одной из стен комнаты есть узкое окно, больше похожее на бойницу, и сейчас ночное небо за ним начинает понемногу розоветь.

Усталость взяла свое, меня постепенно клонило в сон, и даже близость храпящего монстра не могла заставить меня держать глаза открытыми. Я держалась, сколько могла, а потом начала клевать носом. В то время как за окном разгорался рассвет, я перестала бороться с собой и погрузилась в тревожный и нервный сон.

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Пробуждение было не очень.

Прямо над моим ухом прозвучал возмущенный мужской голос.

– Эй! – кто-то с обидной грубостью затряс меня за плечо так, что моя несчастная голова замоталась в разные стороны.

Все еще находясь во власти сна, я открыла глаза и недоуменно уставилась в нависающее надо мной лицо. Гладко выбритое, с насупленными бровями и недовольно горящим взором.