Призванная для Дракона

Но вы можете перестать говорить метафорами и внятно объяснить, в какой области мы находимся и как далеко от Москвы?

Его глаза сузились.

– Женщина, я выражаюсь достаточно внятно. Мы находимся за Сумеречной грядой, на землях Обсидианового клана. Или Проклятых землях, как их еще называют. По ту сторону гор – Драконья империя, на юге – только голые скалы и каньоны, наполненные кипящей водой из подземных гейзеров. На востоке находятся стойбища орков.

Драконы, орки, империи, стойбища…

Он же не может говорить об этом всерьез? Или может?

Тая глянула ему в лицо.

Крейн не шутил, наоборот, был предельно серьезен. А его глаза говорили, что он не то, что шутить, даже улыбаться вряд ли умеет.

Удовлетворенный ее растерянностью, он продолжил:

– На западе – Ремнискейн, человеческое королевство. Думаю, ты была выкрадена оттуда. Твои светлые волосы и бледная кожа подтверждают мою теорию. Но это не меняет твоего положения.

Сердце девушки ёкнуло.

– Какого положения?

– Ты не можешь вернуться к людям.

Не с ребенком.

– Почему?

Он окинул ее непроницаемым взглядом.

– Таков закон Драконьей империи.

Тая выслушала, с трудом сохраняя внешнее спокойствие. Хотя ей хотелось вскочить и завизжать. Или схватить тот чугунок, из которого все еще шел пар с ароматом заваренных трав, и со всей дури швырнуть в стену. В общем, сделать хоть что-то, чтобы избавиться от ярости, что постепенно закипала внутри.

Итак, она сумасшедшая, и все это видится ей в больном бреду. Или она попала в руки сектантов и, не ровен час, ее тут чем-то опоили и загипнотизировали.

Но, как бы там ни было, ей не стоит показывать страх. Ей нужно сохранить ясность мысли. По крайней мере, пока она не выяснит, куда ее занесло и где ближайшее отделение полиции.

Не дожидаясь ее ответа, Крейн вернулся к печке.

Тая проследила за его передвижениями.

Несмотря на высокий рост и четкие мышцы, выделявшиеся под одеждой, двигался он с нечеловеческой грацией. И не выглядел качком, наоборот, на вкус Таи казался достаточно худощавым.

У него были широкие плечи, мощное, гибкое тело гимнаста и длинные ноги. А легкость движений бросалась в глаза. Нечеловеческая легкость, змеиная.

Тая потрясла головой, отгоняя последнюю мысль.

Ну, какие змеи, скажите на милость?

Крейн вернулся, неся в руках деревянную кружку, из которой валил парок.

– Вот, – произнес он сухим тоном, – ты должна это выпить. Потом сможешь встать и поесть.

–Что это? – Тая подозрительно втянула травяной запах.