Трофей императора

– Вы уделяете ей слишком много внимания, – заметила Лидия уже более сухо. – Как самая старшая, я несу ответственность за ее жизнь и здоровье.

Император слегка усмехнулся.

– Об этом можете больше не беспокоиться, принцесса. Теперь я позабочусь обо всех ее нуждах.

– В каком смысле, позвольте узнать?

– В самом прямом.

Ленси не сразу сообразила, что он сказал. А когда поняла, то решила, что ослышалась. Ну не мог же император Ламаррии и в самом деле такое сказать? Она подняла взгляд на сестру, но та сидела белая, как полотно, вцепившись в бокал с такой силой, что на запястье прорезались синие вены.

Коротко выдохнув, старшая принцесса открыла рот, но не успела издать ни звука.

Император вдруг наклонился, на глазах у всех, прикоснулся губами к макушке оторопевшей Валенсии. И все тем же бесстрастным голосом произнес:

– А сейчас, позвольте, я ее у вас украду. По традиции, хозяин Гнезда должен открыть первый танец с почетной гостьей.

Глава 10

– Зачем вы это сделали?

– Что именно?

Они кружились в танце под звуки оркестра.

Всего одна пара в центре огромного зала, под взглядами сотен гостей. Валенсия чувствовала эти взгляды каждой клеточкой тела, так же, как и близость мужчины – опасную, запретную и такую манящую.

Взгляды толпы были разными. Восхищенными и завистливыми, пылкими и полными неприязни. Одни принадлежали даргам, другие – потенциальным невестам. Но каждый из них жадно ловил малейшее движение пары.

– Вы прекрасно понимаете, о чем я, Владыка.

Зачем вы сказали моим сестрам…

Он не дал ей договорить, прижал сильнее, нарушая все приличия, и шепнул почти в самое ухо:

– Я сказал чистую правду.

Ленси вспыхнула, охваченная двоякими чувствами. Возмущение хорошо воспитанной девушки столкнулось с тайным удовольствием, тешившим женское самолюбие. Она должна была возмутиться, дать понять, что при всем его титуле с ней нельзя обращаться фривольно. Должна была указать на дистанцию между ними. И не смогла.

Император Ламаррии был молод, силен и очень хорош собой, а еще от него шел такой мужской магнетизм, что устоять перед ним было очень непросто.

И, чего уж греха таить, сердце юной принцессы затрепетало.

Покраснев до корней волос, она еле слышно пролепетала:

– Ваше Владычество, на нас смотрят…

– Я этому рад.

– Но… вы не должны…

– Ш-ш-ш, – развернув девушку в танце, он на секунду приложил палец к ее губам, – не нужно говорить мне, что я должен и чего я не должен, моя дорогая.