Землянка для звездного принца

Но этот странный субъект неизвестного происхождения так уверенно рассказывал мне о том, что я на какой-то космической станции, да еще и родителей сюда приплел, что я невольно засомневалась. Хотя отец мой канул в неизвестность, когда мне было всего пять лет, а мать – нынче бодрая старушка – не так давно скооперировалась с подругами и в начале месяца махнула на черноморский курорт.

– Мы смогли частично восстановить искин ботмобиля. Он зафиксировал искусственные повреждения в системе автоуправления.

Кто-то нарочно повредил личный транспорт вашего отца. Вы понимаете, что это значит?

– Нет, а что? – этот субъект начинал меня пугать.

– Это значит, что на вашу семью было совершено покушение. Скажите, у вашего отца были враги?

Я задумалась.

– А кто мой отец? – спросила ради интереса.

Мужчины снова переглянулись.

– Скажите, вы помните, как вас зовут? – произнес врач, нахмурив синие брови. – Сколько вам лет?

– Эм-м? – я уставилась на него во все глаза.

Сказать, что меня зовут Татьяна Рыбкина? А вдруг у местных дам в ходу зубодробительные эльфийские имена, и мое простое русское выбьется из общего колорита? А про возраст у женщин вообще спрашивать неприлично. – Не помню…

– Вас зовут Эмитьянна Дизраелли, и вам двадцать пять лет, – просветил меня Нурран.

– А ваш отец был заместителем чрезвычайного посла с планеты Гораукан, – добил Левицкий.

Я закрыла глаза и попросила боженьку вернуть меня туда, откуда взял – на пустынный перекресток, под колеса фуры.

Потому что лучше остаться без ног, но при своем уме, чем со здоровыми конечностями, но при этом повредить мозги.

То, что видели глаза и слышали уши, не укладывалось в сознании.

"Так, Татьяна, ты дама прагматичная, в чем-то даже меркантильная, особым романтизмом и фантазиями не страдаешь, по крайней мере, никогда такого не замечала за собой", – я старалась рассуждать логично, но меня уже начинало потряхивать от всей этой ситуации.

Я не могла, я отказывалась верить в то, что все это правда. Мозг лихорадочно щелкал своими шестеренками, перебирая возможные варианты ответов: первое – я сошла с ума; второе – мне это снится; третье – это чей-то гнусный розыгрыш.

Как утопающий за спасательный круг, я ухватилась за последнюю мысль:

– Это какое-то шоу, да? Типа "Вас заказали"? Где камеры? Куда улыбаться? – губы сами растянулись так, что заныли щеки.