Пережить ночь

– Сколько же раз ты его смотрела, «Сискел и Эберт»[17 - Англ. Siskel & Ebert – телешоу, которое вели кинокритики Джон Сискел и Роджер Эберт.]?

– Двадцать.

Джош тихо присвистнул.

– Зачем тебе смотреть один и тот же фильм двадцать раз?

– Это шедевр, – ответила Чарли. – Настоящий вопрос в том, почему бы тебе не посмотреть его двадцать раз?

– Потому что жизнь слишком коротка.

Это была еще одна из любимых фраз Мэдди, которую она использовала всякий раз, когда ей нужно было уговорить Чарли сделать что-то, чего той делать нее хотелось.

«Жизнь слишком коротка, чтобы не пойти на эту вечеринку», – говорила она. Поэтому Чарли шла туда, Мэдди быстро терялась в толпе, и чаще всего Чарли одна возвращалась в их комнату в общежитии и смотрела фильмы.

– Я тоже хочу привести тебе цитату, – сказал Джош.

– Гарантирую, что угадаю.

– Я бы удивился, если бы тебе это не удалось, – признал Джош и прочистил горло. – «Мы все иногда немного сходим с ума».

То, как Джош произнес фразу, буквально поразило Чарли.

Прямо как электричеством. Крошечный щелчок у основания ее позвоночника. Она тысячу раз слышала, как ее цитировали, и всегда с нарочитым акцентом, всегда слишком много чрезмерной жуткости. Но Джош произнес эту фразу точно так же, как Энтони Перкинс: спокойно, буднично, как будто нет ничего особенного в том, чтобы признать безумие.

– Я что, поставил тебя в тупик? – изумился Джош.

– «Психо», – спохватывается Чарли. – Альфред Хичкок. Тысяча девятьсот шестидесятый год.

– Сколько раз ты его смотрела?

– Слишком много, чтобы сосчитать.

Это – один из ее любимых фильмов Хичкока, который она смотрела так же часто, как «Окно во двор», «Головокружение» и «На север через северо-запад». Она не видела его после убийства Мэдди и, возможно, больше никогда не увидит.

Она не была уверена, что сможет справиться со сценой в душе, с ее бешеными порезами и визжащими скрипками, хотя знала, что в качестве крови использовали шоколадный сироп, а колющие звуки получили, вонзая нож в дыни кассаба[18 - Зимняя дыня.

], и что Хитч ни разу не показал, как лезвие пронзает плоть. Все это не имело значения.

По крайней мере, когда она думала о судьбе Мэдди.

– Похоже, ты любишь свою специальность, – сказал Джош.

– Да, люблю.

– Тогда почему ты бросаешь университет?

– Кто сказал, что я бросаю учебу? – вспыхнула Чарли, раздражаясь на Джоша за его самонадеянность. И на себя – за то, что была такой прозрачной.

– Эти чемоданы и коробка в багажнике.