Грань времени

Я достаю ключ ХРОНОСа из-под свитера и провожу рукой по центру, активируя его, нажимая несколько клавиш, необходимых для установки этой комнаты в качестве места перемещения. Затем вывожу координаты дома Кэтрин, чтобы вернуться, но Кирнан кладет руку мне на плечо.

– Ты придешь в субботу? Я очень хочу, чтобы ты увидела парк Норумбега. Если ты будешь здесь к десяти, у нас будет время посмотреть достопримечательности до того, как я начну.

– До того, как ты начнешь что?

Он качает головой.

– Не скажу. Ты должна прийти и посмотреть.

В его глазах пляшут озорные огоньки, и в этот момент он очень похож на себя восьмилетнего, ожидающего моего решения нанять его в качестве сопровождающего на выставку. Кто смог бы отказать этим большим, темным, щенячьим глазам?

Я смеюсь.

– Ладно, ладно. Ты победил.

И хотя я не хочу давать ему ложную надежду, по его улыбке я могу сказать, что я уже это сделала.

3

В планировании утренних перемещений есть определенная проблема, особенно когда уходит четыре попытки на то, чтобы сделать все правильно, и ты решаешь добавить еще одно двухчасовое путешествие.

Я прошла больше километра в каждом из четырех перемещений в Далласе и почти столько же в Бостоне, нагретом жарким июльским солнцем. Когда я была там, всплеск адреналина от нахождения вне своего времени и места заставлял двигаться, но последствия немного похожи на смену часовых поясов. И то, что я ужасно спала этой ночью, нисколько не помогло. С тех пор как я вернулась с выставки, у меня, кажется, было не больше трех ночей без кошмаров.

Так что, несмотря на то что мои внутренние часы уверяли, что уже почти полночь, часы на микроволновке показывали совсем другие цифры, когда я возвращалась в дом Кэтрин. 10:32, ровно минуту спустя после моего последнего перемещения в Даллас. Кэтрин, Коннор и папа все еще сидят за кухонным столом и пьют кофе. Дафна все еще гоняется за белкой на заднем дворе, радуясь двери и десятку метров между ней и активированным ключом ХРОНОСа.

– Ну что? – Кэтрин заговорила первой, но наклонились вперед все трое.

Я достаю из кармана два медальона и бросаю их на стол вместе с дневником.

– Плюс два. Получается четырнадцать, если считать те два, что у Кирнана, так что осталось десять, верно?

Она кивает и тянется к дневнику.

– Я не собирала дневники, но это хорошая идея, – она открывает его, а потом снова смотрит на меня, приподняв бровь. – Этот не Эвелин и Тимоти. Это один из моих.