Избранные. Черная метка. Всё

– Да так, заявление. Подкроватный там живёт. Жалуется, что семейка его в конец загнобила. Да ещё якобы научились вызывать нянек для своего малого изверга из обычного мира. Может, раскрутим это дельце?

– Да оно тебе надо? – худой скривился, доставая из пачки сигарету. – Торчки из того мира накурятся и видят то, чего им не положено, а мы тут расследования проводи. Заявление рассмотрим, семейством штрафанём за то, что подкроватного мучают. И вся недолга.

– Ладно, твоя правда.

Спустя минуту, оба полицейских медленно плыли по воздуху на фоне луны, удаляясь от проклятого дома.

Фред осторожно вылез из тела, оттряхнул с себя несуществующий мусор и пошёл в сторону дома. На свой труп он старался не глядеть. Смысла не было, только расстроится. Он знал, зачем залезет в дом. Единственное существо, которое готово общаться с ним в этой жуткой новой жизни, ждало его там. Фред очень хотел поговорить с подкроватным монстром. Главное, проскочить мимо Густава и его матушки.

2020

Неживой вундеркинд

Фёдор Береснев

– А эту картину Петенька нарисовал ещё в детском саду, – вдохновенно вещала худая женщина с огромными кругами под глазами.

 – Правда, здорово?

Марк обречённо кивнул.

– Он там вообще много чем занимался. И лепкой, и плетением, и даже резьбой по дереву. Хотите панно «Зимний лес» покажу? Олень на нём прямо как живой.

– Это всё очень интересно, но мне надо идти. Другие дети ждут. – Марк постарался скрыть нарастающее раздражение.

– А это точно нужно?

– Я же вам объяснял, – в десятый раз повторил он.

 – Мы делаем альбом выпускника начальной школы. И пусть обучение ведётся удалённо, и дети вживую друг друга никогда не видели, им будет приятно иметь фотографии своих одноклассников.

– Ладно, сейчас приведу. Но учтите, он немного замкнутый. Может даже показаться, что он надменен, но это только видимость. На самом деле он добрый, чуткий и ранимый мальчик.

– Да ведите уже. Мне с ним не беседы вести, а просто пару снимков сделать.

Пять минут, и он сможет идти своё макраме выжигать.

Женщина поправила заношенный халат и скрылась за облезлой дверью. Вернулась буквально через несколько секунд и с гордостью поставила на стол трёхлитровую банку, заполненную прозрачной, мутноватой жидкостью. Даже в полутьме, царящей на захламлённой кухне, было видно, что в ней вольготно плавает человеческий эмбрион.

– Это…

– Петенька, поздоровайся с дядей. Он пришёл снять тебя для выпускного альбома.