Фобология

Она видела лишь Феликса, в нём одном для неё сошёлся весь мир, а он… Дикий крик вырвался из его груди:

– Исчезни навсегда, дьявольское отродье! Сама смерть красивее тебя!

Шелли, раздавленная, уничтоженная, упала на колени и затряслась в беззвучных рыданиях. Она вспомнила всё! Торопливые жадные руки насильников, адскую боль и треск исчезающих в пламени волос…

– Будьте прокляты, убийцы, будь проклят весь ваш город! – страшно прохрипела Шелли, поднимая к небу выжженные глазницы. Руки её, шарящие по земле, нащупали маленький комочек воска.

Она схватила его и бросилась в дом, туда, где горел камин, рассыпая золотистые искры.

Комната дышала миром и покоем, словно издеваясь над сошедшим с ума городом, упивающимся похотью и садизмом. Шелли повторила свои проклятья и швырнула в огонь податливый воск.

В это самое мгновение чёрная куколка выпала из пальцев Феликса, завертелась на месте и начала расплываться в воздухе, меняя форму на глазах. Из фигурки младенца возникало прекрасное тело обнажённой женщины с волосами цвета серебра и хрустальными глазами.

Все замерли, зачарованные красотой создания, и никто не мог с уверенностью подтвердить, что это была настоящая женщина, а не очередное колдовское наваждение. Красавица озиралась по сторонам, силясь отождествить себя со своей новой физической сущностью.

Никто не заметил, как земля задрожала под ногами, издавая утробный рык. Огромная трещина разверзлась там, где столпились изумлённые люди. Страшный грохот и вопль слились воедино, и тьма пала на городок…

Амалия бросилась к Феликсу, который, выронив талисман, начал падать с искажённым страданием лицом, поэтому она не заметила рождения чудесной красавицы.

Два шага отделяли её от сына, когда земля задрожала, освобождаясь от грешной ноши и принимая в свои пылающие недра целый город. Два шага отделяли её и от страшной смерти в трещине, которая быстро закрывалась, хороня в себе людей, дома, машины…

Схватив сына за руку, она попыталась вытащить его из пылающей бездны и потеряла сознание в тот миг, когда почувствовала, что кто-то ей помогает…

Амалия очнулась.

Перед ней лежала пустошь. Идеально гладкое место, ни камешка, ни кустика… Леденящий ужас сдавил её сердце. Она вспомнила непогоду и землетрясение, а теперь тишина стояла над миром, и огромные звёзды холодно сияли на аметистовом небосклоне.

– Жизнь прошла, всё уничтожено, – одними губами произнесла старая колдунья. Болело старое сердце, усталость не давала встать.