Рождество у Шерлока Холмса

Томми ударил капитана? Так вино бы уже кончилось!

Джон со смехом хлопнул Никиту по плечу, ему пришлось высоко тянуть руку.

– Эй, Ник, у тебя все мысли о вине! Не переживай, через три дня вернемся к «Золотой лани». Пересядем обратно к адмиралу Дрейку, на эту скорлупку переселят других. Две недели по течению – и мы в родной Англии! Вот где вина будет вдоволь! В бутылках и в кружках! Не этой чилийской кислятины, а такого, как в запасах капитана! Рубаху новую куплю, моя совсем драная. Скорее бы в родной Фалмут! Из Портленда в Бристоль, оттуда рукой подать до дома!

Рулевой все болтал об Англии.

– У тебя есть семья, Ник? Нет? Ничего, получим деньги за такой переход, заведешь! Вот у меня жена и трое детишек. Выросли, наверное, за эти годы!

Из трюма появились Карл и Алан. Матрос нес завернутое в холщовую простыню тело капитана. Все собрались вокруг.

Карл начал говорить речь, что-то торжественное. Как покойный был предан морю, как море теперь примет его, обнимает и закопает в песок на дне.

Однако быстро сбился и махнул рукой. Никита и Алан подхватили тело и перевалили его через борт. С глухим плеском бренные останки капитана Смита отправились в последний путь.

С таким же плеском вылез из воды якорь. Большой треугольный парус распахнулся на главной мачте. «Меригольд» отплыла от острова и легла на курс.

Никита, тяжело дыша, дул на содранные ладони. Проходивший мимо Карл поманил его рукой. Вместе они отошли на корму, к рулевому рычагу.

Старпом перешел на драматический шепот. Изо рта у него пахло чем-то кислым.

– Боцман, рулевой, хочу с вами обсудить ситуацию. Из каюты пропал журнал капитана и его личный дневник. Понимаете, что это значит? Нет? Думаю, имею право открыть вам государственную тайну. Мы привезли на остров часть золота, добытого адмиралом Дрейком в Вест-Индии. Опасаясь нападения испанцев, адмирал решил спрятать несколько ящиков в надежном месте. Где именно знал только капитан.

– Вы же вместе вчера ящики таскали? – Удивился Никита.

Краем глаза он видел, что Джон еле сдерживает улыбку. Рулевого забавлял рассказ про «спрятать».

– Я только стерег их на берегу. Прятали их лично капитан и юнга Томми. Видимо, душегубец решил завладеть кладом, убил капитана, и выкрал его бумаги.

– Карл, Томми по-английски едва говорит! Он не умеет читать! – Никита опять потянулся к подбородку, отдернул руку, – Я же хотел рассказать, похоже, Томми не причем.