Неспокойная Верена

– Окна мне уже клининг помыл, не волнуйся. Чем ко мне ездить, лучше бы делом занялась. Например, испекла бы Андрюше пирог.

– Бабушка, я же уже говорила, что Андрей не ест мучного. У него нормативы в полиции, и поправляться строго запрещено.

– Ну, мясо приготовь мужику. Хватит уже шляться к старухе.

Таисия смутилась:

– Он же мне не муж.

Инесса Валентиновна налила Тае чашку слабого чая и села на табуретку, скрестив стройные лодыжки.

Таисия как обычно позавидовала ее балетной осанке.

– Печенье не предлагаю, а то растолстеешь, и грудь обвиснет, – бабушка бесцеремонно пощупала упругий бюст внучки.

 – Пока все нормально. Но помни, бабий век короток.

Таисия вдруг обратила внимание на кеды с розовыми шнурками, которые аккуратно стояли в прихожей.

Девушка закрыла глаза, вспоминая, как бабушка уехала на дачу, а они с Ветром пригласили на сходку целую кучу подростков-неформалов.

Тогда чисто вымытый пол квартиры захватили около двадцати пар разномастных кед с розовыми, зелеными и голубыми шнурками.

Впрочем, на обувной подставке красовались и несколько пар тяжелых ботинок, берцев, обладателям которых, видимо, было плевать на тридцатиградусную жару.

Тогда Джезарет в первый раз поцеловал ее на балконе, когда они курили одну сигарету на двоих. А потом оттолкнул и выбежал прочь из квартиры.

– Откуда здесь взялись мои кеды? Думала, я их давно выбросила.

– Наверное, я их ношу на занятия скандинавской ходьбой, – бабушка невинно захлопала ресницами.

 – А если серьезно, понятия не имею, откуда они взялись. Нравится – забирай, но, Тась, они тебе не по статусу. Ты все-таки дамочка бальзаковского возраста, а не эмо. Интересно, дождусь ли я момента, когда ты повзрослеешь и станешь нормальной женщиной?

– Бабуль, Джезарет сегодня сделал мне предложение, если это можно так назвать, – сообщила Тая, пропустив колкость мимо ушей.

– Чудо чудное, диво дивное. Ты все-таки его дожала?

– Нет, это его инициатива и только его. Я думаю, что нам не стоит торопиться.

– Как это не стоит? Внучка, очнись! Тебе почти тридцать! Через пару лет твоя грудь отвиснет, волосы потускнеют, и кому будешь нужна? Мужикам, которые тебе в отцы годятся? И чего ты хочешь выждать? Ты же знаешь Андрея с детства, он – лучший друг твоего брата.

– Бабушка, да что ты такое несешь? – со слезами в голосе воскликнула Тая. – Я по-твоему товар со сроком годности? Я – живой человек, подверженный сомнениям и тревогам.