Чужестранцы

 – Рад повстречаться. Келли.

– Молодость – штука такая. Только рассвело, а уже на ногах. Полон сил и жизнелюбия.

– Похоже, что я полон сил и жизнелюбия?

Келли недружелюбно зевнул.

– В этот момент – не вполне, – Зак рассмеялся и похлопал его по плечу, чем ни в коей мере не облегчил его состояние. – Мне совестно, но я краем уха услышал ваш разговор. В лавке.

Келли отвёл взгляд. Ему сделалось неловко.

– Не принимайте близко к сердцу. Мой приятель…

– Нет-нет, – Зак махнул рукой, по-доброму улыбнувшись.

 – Молодость – штука такая. Я ничего не имею против и говорю о другом. Я услышал, что у вас кошмары, Келли. Это так? От этого вы выглядите таким изнемогшим? Или бледность вам присуща?

– Не присуща. Да, у меня бессонница. Кошмары.

– И долго они у вас?

– Давненько. Что, по мне не видно?

– Видно, что вы устали, но не берусь сказать, бессонница тому виной или нет. След кошмаров может быть разным. Они не всегда оказывают плохое воздействие и далеко не на всех, в этом уж не сомневайтесь.

Зак опять улыбнулся, и в его улыбке проглядывалось неприкрытое удовольствие, не пойми чем вызванное.

– Во всяком случае, след моих кошмаров – самая что ни на есть беспробудная бессонница, как бы это ни звучало. И у меня язык не повернётся назвать это хорошим воздействием.

– Что ж, вероятно, вы просто неправильно трактуете свои сновидения. Вернее, ваш разум неправильно их трактует. Вам повезло, что мы встретились. Я, знаете ли, могу помочь вам избавиться от кошмаров.

Если только… – Зак помедлил. – Если только вы захотите от них избавиться.

– То есть вы лекарь?

– Лекарь? – Зак издал нескромный смешок. – Нет-нет. Я несу успокоение гневливым и радость тем, кто печалится.

Келли пожал плечами.

– Тоже в каком-то смысле лекарство.

– Есть различие. Я не намерен исцелять то, что не требует исцеления. Кошмары не всегда являются тем, чем кажутся. Люди слишком боятся их, чтобы понять это. Вот вы, допустим, боитесь заснуть.

А почему? Потому что во сне вы не способны управлять собой. Вы страшитесь не кошмара, Келли. Вы страшитесь того, что вы в нём беспомощны. Кошмар – это и есть беспомощность. Всё, что вам остаётся – смотреть. Будто всё происходит само собой, а вы заперты в собственном теле. А ведь оно такое хрупкое…

– Кто же вы тогда, если не лекарь?

– Благожелательный друг.

– Разве друзья не все благожелательные?

– О, дорогой Келли, далеко не все.