Чужестранцы

По краям свежая ярость – те драконы, кто отличился в сражениях недавно; ближе к середине силуэты тяжелеют, порастают роговыми наростами, топорщатся гребни, бивни.

В центре – Шазур, Владыка Драконов. Бликами искрится золотая чешуя, тусклая от сажи морда объята струями дыма, мерцают глаза-угли.

Кричу:

– Убийца Драконов Танор вызывает на поединок Владыку Драконов Шазура!

Владыка оживает, по телу скользит волна света, слышно, как в суставах перекатываются кости. Каждая чешуйка стрелой целится в меня. Губы приоткрываются, в глаза бьет белизна влажных клыков.

– Кто ты такой, чтобы бросать вызов мне?

Золотой склон, что зовется крылом Шазура, поднимается…

– Одолей сначала мою дочь.

…во тьме загораются зеленые глаза, по-змеиному притягательные, из-под крыла упругим хлыстом выплывает… девушка.

Волосы воротником кобры, руки и ноги в серебряных доспехах, тело сияет наготой. Груди выплавлены из солнца, живот как гладь клинка, меж бедер черное острие. Из наручей выползают изогнутые бритвы. Идеальное оружие: разум прикован к зеленым глазам, инстинкты – к прелестям тела… в завороженного врага бесшумно впиваются лишенные внимания ножи.

Девушка взлетает с насеста… воздух обволакивает ноги, плавно опускает напротив меня.

– Я Делавра, дочь Шазура, Владыки Драконов.

Изо рта, украшенного парой клыков, вырывается пламя. Огненный стебель тянется к небу, где расцветает взрывом. Люди отшатываются взволнованной ветром травой.

Делавра. Похищенная драконами в детстве беззащитная принцесса… Ради нее король признал меня сыном.

Та, кого я поклялся привести отцу живой. Но передо мной в облике человека – смертоносная дракония, воительница. И убивать ее нельзя, а значит – я проиграл уже.

– Моей дочери нет равных даже среди драконов! Кем ты себя возомнил, Убийца? Прирезал одну ящерку и мнишь себя непобедимым?

Рука ложится на рукоять.

– Ящерку?.. Скверного же ты мнения… о собственном сыне.

Ножны пустеют. Я пронзаю небо серым пористым клинком. Он прочнее, легче стали, но главное… его вид заставляет Шазура померкнуть.

Уголь в глазах алеет, наливается лавой. Крылья встают на дыбы – и небо застилает тьма, драконы едва держатся когтями за насест, людей сдувает как пыль. Шазур обрушивается рядом с Делаврой, взрывается песчаная буря, под лапами голая в трещинах твердь. Дочь послушно отступает во тьму, исчезает тело, изумруды глаз…

Мир под покровом ночи. Я один на один с жаждой мести Шазура.

Сжимаю меч из когтя дракона. Когтя Ирафа.