Записки из обсерватора

Скорее, бежать отсюда, убираться как можно дальше! А потом утопить калошу в глубоком гиблом болоте! Старушка, промышляющая нищенством, вряд ли вызовет подозрение. На первых порах сойдет, а дальше как-нибудь выкрутимся.

Бабулька, с трудом приноравливаясь к слабеющим старческим мышцам, прыжками слетела вниз и шлепнулась в кресло пилота. Нажала кнопку «готовность»… Крепкий сон затуманил сознание. Отключаясь, девушка стукнулась седенькой головой об мигающую панель.

Вот тут обнаглевшие крысы и взяли б жестокий реванш.

Если б не Мартин Кобчер. Он тихонько вышел из тьмы, аккуратно подвинул старушку на сиденье для пассажиров, нажал на клавишу «старт»…

Другие люди… Их много… Они нервозно смеются, внимательно смотрят в кроватки, виновато отводят глаза… Страшные, некрасивые, Есеня не может привыкнуть к их светлым пугающим лицам. Ей кажется, белые люди почему-то боятся детей… Они приносят еду, насильно толкают ложку сквозь крепко сжатые зубы, девчоночка плачет, выплевывает. Недвижно лежит за перильцами и с каждым днем все слабеет… Недобрые лица мелькают в кошмарном калейдоскопе… Откуда-то из глубин всплывает фигура Кобичера… Девочка напрягается.

Она думает, этот мужчина самый злобный и самый главный, от него здесь зависит все…

Кто это понял? Дитя или Есения-девушка? Все зависело раньше от Кобичера, все зависит от него и теперь…

Дарина открыла глаза. Незнакомая комната обставлена скромной необходимой мебелью, приглушенный свет, удобная постель. Камера наблюдения смотрит прямо в лицо.

Попалась, финита ля комедия.

Попробовала шевелиться – руки и ноги привязаны к железным скобам. Печально, в движении назрела насущная необходимость. Что полагается делать в щепетильной такой ситуации, громко кричать или терпеливо лопнуть? Пошарила пальцами на возможное расстояние, кнопку не обнаружила.

Тут же дверь отворилась, вошла полногрудая девушка с военной выправкой, с завидными пышными ямочками на молочно-белом лице. – Доброе утро, мисс Есения Бриджес! Мое имя – Милана.

Просто Милана, без всяких там миссок. Вы находитесь в спецотделении Института восстановления человека. Сегодня 11 июля 67-го года, пять часов тридцать минут утра. Вы проспали три дня. Прошу сохранять спокойствие. Закон гарантирует, что вы не будете подвергнуты физическому насилию и травмирующему гипнотическому воздействию. Через четыре часа вас навестит офицер службы безопасности. Советую проявить благоразумие и быть с ним откровенной.