Пленница дождя

А уж бытовая…

Настя босиком прошла по ковру с геометрическим рисунком, села на краешек дивана.

– Приходить ко мне будешь через день, к десяти часам, – не глядя на Настю, распорядилась репетиторша. – И не опаздывать. У меня таких, как ты, еще десять человек.

Настя сглотнула.

Репетиторша включила компьютер, поколдовала над ним, забыв о гостье.

Застрекотал принтер. Через некоторое время он выплюнул несколько напечатанных листков.

– Это список литературы, которую ты должна изучить.

Настя приняла листки и прижала их к животу.

От репетиторши она возвращалась подавленная. Полчаса в транспорте не привели ее в чувство.

– Ты что, не знаешь, где достать эти книги? Или боишься, что не успеешь все прочитать? – допытывалась Саша в поисках причины Настиной внезапной смены настроения.

– Книги вовсе ни при чем.

Настя сидела на своей койке и смотрела куда-то мимо подруги.

– Вот, думаю я себе, Сашка: она молодая, одинокая женщина. Работает преподом, как и мои. А живет так, как мои родичи никогда не будут жить, даже если оба из кожи выпрыгнут! Въезжаешь?

– Ну, здесь большой город.

И она репетиторством занимается.

– Каким там репетиторством! Репетиторство – это только прикрытие. Она в приемной комиссии. Она взятки берет за поступление. Позанимается она со мной для вида неделю-другую, и я отдам ей конверт. В конверт этот мои предки собирали деньги два года. Обучать меня на платном они не потянут, а на взятку наскребли. Догоняешь?

– А если своими силами поступать?

– Конкурс.

У меня аттестат плохой. Даже тройки есть. По точным, я в них не шарю. Да и по гуманитарным не старалась. Родители на эту даму через знакомых вышли. Я ходила по поселку нос задравши, типа – я уже поступила. Прикинь. Ну и идиотка же я!

Настя ударила кулаком подушку и отвернулась к стене.

– Нет, а ты-то при чем? – возразила Саша. – Преподаватели тоже жить хотят. У них зарплаты маленькие.

– При чем, при чем! При том, что не училась как следует! А могла бы! Думаешь, мне трудно было химию на четверку вытянуть или алгебру? Гулять хотелось.

А когда гулять не пускали, я назло уроки не учила. Хотела предкам доказать, что они не боги. И компании нашей, что я – не маменькина дочка.

– Родители на то и даются, чтобы думать о ребенке. Заботиться. Ты у них одна, – продолжала возражать Саша. – Вот у меня нет никого, так я и не пробую поступать. А о тебе есть кому позаботиться, и радуйся.

– Ой, Санька! Извини! – Настя повернулась к подруге.