Зов костяных кораблей

 – Мы возвращаемся не для мести, хотя я позволила Брекир думать, что дело в ней, и я не стану пытаться заново заселить Безопасную гавань.

– Тогда зачем мы туда направляемся? – спросил Джорон.

– Наши люди, Джорон, в нас нуждаются. – Она посмотрела на него с потемневшим от тревоги лицом. На ее плечах лежало новое бремя ответственности. – У них есть коричневые кости, как у большого торговца, который мы тащим на буксире, Джорон, и Фасни сказала, что они сильно нагружены. Подумай о том, что мы обнаружили на этом корабле.

– Но они больные, сломленные и бесполезные люди. А народ в Безопасной гавани здоровый, они…

– Предатели, Джорон. Вот кто они такие для моей матери. Они предатели, и я не верю, что у них будет другая жизнь, более того, они не могут рассчитывать даже на быструю смерть. Я отравляюсь в Безопасную гавань, чтобы вывезти оттуда уцелевших людей. И я не позволю, чтобы они страдали, как те, кого мы нашли на «Сокровищах девы».

– А если их там уже нет? – спросил Джорон.

Миас отвернулась.

– Я намерена отыскать корабль из коричневых костей, который увез наших людей, – продолжала она, словно Джорон ничего не говорил.

 – А после того как мы спасем тех, кто остался в Безопасной гавани, мы отправимся в Бернсхъюм и выясним, куда их везли и зачем.

– Но мы не можем рисковать заходом в Бернсхъюм, супруга корабля. Твоя мать…

– Как я уже сказала, я не думаю, что она знает обо мне, Джорон. А теперь мы берем курс на Безопасную гавань, и я надеюсь, что Эйлерину приснятся хорошие ветры и мы быстро там окажемся.

На палубе «Дитя приливов» стоял невероятный шум. Ветрогон выбрался из гнезда и делал свой диковинный обход, поглядывая на детей палубы, занятых работой, – совал клюв туда, где его появление терпели, шипел и ругался на тех, кому не доверял или невзлюбил. Однако шум вызвало не его появление; корабль уже успел привыкнуть к выходкам ветрогона. Дело было во внимании, которое ветрогон уделял лишенным ветра.

Миас, как всегда верная своему слову, взяла нескольких из них на работу.

Она знала, что ветрогоны обладают немалой ловкостью, поэтому усадила их чинить сети и крылья корабля, и теперь собственный ветрогон «Дитя приливов» демонстрировал неудовольствие, он шипел на стаю лишенных ветра, когда проходил мимо, заставляя их прятаться. Если кто-то поворачивался к нему спиной, он клевал его, заставляя лишенных ветра вскрикивать от боли. В ответ ветрогон открывал клюв и начинал почти по-человечески смеяться – получалось жутковато и фальшиво.