Целестиал. Четыре души

Его товарищ по ремеслу – Сдатаф – оказался солидарен и тоже попросил его в расчет не брать. Последнему не поверили. В отличие от Зайлунгара, Сдатаф пользовался навыками, наносящими урон не по площади, а все больше прицельно, так что теоретически мог не трогать рога. Пришлось соглашаться, скрепя сердце.

Дальнейшие споры и ставки звучали уже слишком неразборчиво, чтобы обращать на них внимание.

У костра осталась только она, посаженная на цепь, да Норг. Берсерка не взяли на охоту, Да Э еще злился. Зелья пить не разрешил до сих пор, отчего Халльвега чувствовала вину.

Она не просила и не заставляла нарушать приказ элементалиста, но была благодарна за то, что нарушил.

К полуночи мужчина уснул, растянувшись у костра. Огромный двуручный меч лежал рядом с ним, мерцая в алом отсвете костра, из-за чего казался кровожаднее, чем был на самом деле. Острые шипы на гранях словно зубы неведомого хищника, растерзавшего свою жертву.

Халльвега сидела неподалеку, чуть в стороне.

Пока не было других целестиалов, никто не ругался, что она так близко к костру.

Норгу не мешала, он не стал гнать. Даже немного покормил, когда надоело слушать голодное урчание чужого желудка.

Ночь темная, почти без звезд. Тучи скрыли от посторонних глаз все самое ценное. Дождя вроде бы не должно быть. Хотя порой кажется, что чужой плач мог бы помочь.

Халльвега так глубоко задумалась над собственной судьбой, что не сразу заметила изменения в окружающем мире. Лишь когда ледяной голос прозвучал в голове, хором накинулись знакомое удушье и легкий гул в ушах.

«Убей».

Прекрасная тихая ночь мгновенно обратилась в кошмар наяву в глазах адепта. Халльвега сжалась и замерла.

Нет. Пожалуйста, только не это. Только не снова. Только не сейчас!

Замотала головой, запустив с силой руки в волосы. Попытка зажать уши успехом не увенчалась. Нельзя спрятаться от того, кто видит тебя насквозь.

«Убей».

Нет. НЕТ!

«Убей».

Халльвега мотала головой, чувствуя соленые слезы на губах и щеках. Она не может! Разве не понятно?!

«Убей».

Холодный спокойный голос не затихал. Он ждал, призывал к исполнению приказа. Ему было все равно. Для него не существовало отговорок в виде оков, отсутствия брони или оружия. Лишь его желание и больше ничего.

Халльвега озиралась по сторонам, чувствуя нарастающее удушье. Время истекало.

Монстров рядом нет. Зато есть цепь, снять которую ей не под силу.

Взгляд сфокусировался сквозь пелену слез на неподвижном теле возле костра.