Сиреневое счастье

А пока Дмитрий отправился к масонскому храму, прозванному в народе Статуйкой. Это была высокая беседка из красного кирпича. Храм украшали четыре портика и купол, над которым возвышалась фигура Иоанна Крестителя. Статуйку построил ещё в восемнадцатом веке его предок, и о ней ходило немало легенд. Поговаривали даже, что это вовсе не масонский храм, а часовня над могилой юной Киндяковой.

Дмитрию представилась его незнакомка, лежащая под этим огромным зданием, придавленная кирпичами и позабытая всеми, кого она когда-либо знала и любила.

Одинокая, несчастная, обречённая оставаться на этом самом месте веками. Дмитрий встряхнул головой и повернулся, чтобы уйти, но, к своему несчастью, увидел Лизу Искоеву, которая в последнее время всё чаще появлялась рядом: то в роще, то у Ставрыгина, то у Екатерины Максимилиановны.

У Елизаветы – Лизоньки, как назвал её Семён, – плотное, малооформленное тело, которое не спасают даже корсеты. У неё толстые запястья, круглое лицо с застывшим выражением удивления: чуть приоткрытый рот и широко раскрытые глаза.

Вздёрнутый нос её часто морщится, и от этого на подбородке появляется ямка. У неё рыжие кудрявые волосы, которые вечно выбиваются из причёски. Лизе лет пятнадцать, на вид примерно столько же, а вот по развитию не наберётся и на пять лет, в этом, по крайней мере, не сомневается Дмитрий.

– «Не узнавай, куда я путь склонила, в какой предел из мира перешла… О друг! Я всё земное совершила; я на земле любила и жила!» – процитировала она, склонив голову.

 – Ах, как красиво! Не правда ли, Дмитрий Иванович? – улыбнулась Лиза и восторженно посмотрела на Дмитрия.

– Совершенно ничего красивого. Зачем вы здесь? Давно призраков не видели?

– Ах, не пугайте меня, Дмитрий Иванович, – попросила Лиза.

– Почему же? Раз вы такая несмышлёная, то надо и напугать.

Лиза потупилась и покрылась румянцем. Дмитрию вспомнилась воздушная хрупкая красота незнакомки и её бледность, и румянец Лизы стал ему противен.

– Вы преследуете меня и краснеете всякий раз, как видите.

Отчего это?

– Сегодня солнце печёт, – пробормотала девица и залилась краской ещё сильнее. – Я хотела спросить вас… – робко начала она, не поднимая глаз.

– Действительно, – Дмитрий поглядел на серое небо и усмехнулся. – Не обгорите, Лизавета, – бросил он и ушёл.

Глава 3. В роще

Солнце заливало комнату тёплым светом, ветер едва шевелил листья за окном, щебетали птицы. Фиделия сладко потянулась и не спеша слезла с кровати.