Тайна Свинкса. Спасти Андрейку

Ее длинные волосы закручивались сзади во что-то, что должно было именоваться «пучок» или «узел», будь оно сделано так, как должно, но так как хозяйку волос, очевидно, совсем не заботило, как выглядела ее прическа со стороны, то волосы из пучка торчали во все стороны, а самые длинные, непослушные пряди постоянно спадали ей на глаза. От этого казалось, что она грозно смотрит на тебя, как противник на поле боя, зорко наблюдающий из укрытия за действиями своих врагов. Резкие глубокие морщины покрывали ее лицо и узловатые худые руки.

Сбросив пальто, она оказалась в длинной латаной юбке и шерстяной кофте с разнокалиберными пуговицами, впрочем, из-под юбки выглядывала еще одна, а кофта была надета на другую да, наверное, еще и не на одну. Время от времени она доставала то одну, то другую Виктошину ногу из таза, оценивающе смотрела на нее, цокала языком и опускала обратно.

Наконец состояние ног девочки, видимо, удовлетворило старуху. Она принесла откуда-то длинные шерстяные чулки, велела надеть их и только после этого позволила Виктоше сесть за стол.

– Ну, уж ты не обессудь, красавица! Не знаю, к каким ты там разносолам привыкла, а у нас все по-простому, – говорила она, расставляя на столе миску с вареной картошкой, тарелку с селедкой щедро посыпанной луковыми кольцами, соленые огурцы и банку шпрот. Последняя окончательно доконала Виктошу. Увидев эти, такие знакомые, такие родные консервы одного из прибалтийских заводов, она залилась слезами.

– Что ты! Что ты! – оторопело забормотала старушка.

 – Кто тебя так обидел, милая?

– Я… я… я была… – еле-еле сквозь слезы выговорила Виктоша. – Мой брат та-ам!.. А теперь что же-е-е… Как я обратно попаду-у-у, бабушка-а-а?.. Мне брата выручать надо-а-а-а…

– Брата! – хмыкнула старуха и хлопнула ладонью по столу.

В ту же минуту комната самым волшебным образом преобразилась: место железной кровати в углу заняла старая закопченная печь, под Виктошей оказалась почерневшая от времени лавка, стол тоже постарел на сотню лет, не говоря уже о том, что на нем стояло.

Но самые поразительные перемены произошли со светом: лампочка над столом исчезла, а вместо нее Виктоша увидела череп с горящими глазницами, насаженный на длинную жердь, что торчала из забитого наглухо окна.

– Так тебе больше нравится, красавица? – грозно вопросила старуха.

Слезы Виктоши моментально высохли, в изумлении она оглядывалась по сторонам.

– Так вы и есть сестра Бабы… Баба Яги? – только и смогла выговорить она.