Тайна Свинкса. Спасти мир

Потом мясо всех этих бедных животных перемешивают, засыпают крахмалом, всякими специями и запихивают в их собственные кишки…

Мама бросила на стол салфетку, громко отодвинула стул и вышла. Папа подхватил ревущего Андрейку, как-то странно посмотрел на дочь и сказал:

– Глупость и жестокость идут рука об руку и являются признаком слабости и примитивности.

Они тоже ушли. Андрейка всхлипывал на плече у папы и даже не показал сестре, по своему обыкновению, язык. Виктоше стало ужасно стыдно, она просто почувствовала, как у нее горят уши.

Ей захотелось побежать, броситься к ним на шею, целовать их и умолять простить ее.

Но тут она вдруг ясно представила себе: свинья, вернее, поросенок плюс корова, вернее, коровий хвост, плюс куча крахмала и специй равно докторская колбаса; кусок докторской колбасы плюс паук равно поросенок с коровьим хвостом, с которого сыплется крахмал. Ей стало сначала жарко, затем холодно. Когда-то в одной книжке ей встретилось выражение «героя охватил ужас, леденящий кровь», тогда при описании некого скользкого, покрытого капающей слизью чудовища, или монстра, как говорит Андрейка, ей было противно и смешно, теперь она поняла, что тогда чувствовал бедный «герой».

Оказалось, «леденящий ужас» – это когда тебя сначала бросает в жар, а затем капельки твоего собственного пота по какой-то неведомой причине превращаются в ледяные сосульки и начинают активно таять на твоей раскаленной, как сковорода, спине.

Виктоша сидела, едва дыша, и боялась взглянуть на дверь, ведущую на террасу.

Что же такое пряталось у них на террасе, за топчаном?! Она тут же увидела перед собой всех монстров, когда-либо созданных больным человеческим воображением.

Первым желанием было скорее бежать и все рассказать родителям о своем неожиданном открытии, но после того, что она тут устроила, папа лишь презрительно скажет, что нужно иметь мужество честно признать свою неправоту, а не прятаться за научно-фантастическим бредом, а мама…

Маму уже не найти… Когда она чем-то расстроена, она старается куда-нибудь уйти, чтобы никто не видел, как она плачет.

И хорошо, если она ушла в сад, скорее всего она уже бродит по лесу или пошла к реке или даже к тете Наташе, чтобы, как она сама говорит за пустой болтовней забыть собственные неурядицы. Когда она придет, они, конечно же, помирятся – мама все поймет и простит, но, если ОНО сейчас выползет с террасы …

«Стоп!» – скомандовала сама себе Виктоша.