Ковчег

Желудок наполнялся мерзкой слизью, а я извергала видение за видением. На этом мои способности заканчивались. Старший Стиратель, а на балконе стоял именно он, по всей видимости, не заинтересовался мной. Да и я бы сама собой не заинтересовалась.

Из этого дрейфа в сплошном полуобмороке меня вывел планшет. По вечерам я тыкала в окошки и листала список детей Ковчега, без конца открывала пустую папку «Декоративные дети» и просила:

– Ну откройся же. Я точно знаю, в тебе что-то есть. Давай, говорю, открывайся!

И однажды планшет послушался.

Я нажала на папку, там появился файл, развернулся текст. Я накинулась на строки, и случилось нечто удивительное. Ковчег преподнёс мне сюрприз, я погрузилась в чужое время, чужую жизнь…

— Выход есть. Сегодня Финниган рассказал мне о социальном эксперименте, курируемом правительством, – сказал Калеб.

Мы стояли в очереди под номером семьдесят тысяч триста два. Каждый раз перед сном я вглядывалась в ночное небо. Звёзд в вышине казалось меньше, чем звёзд на земле — окна домов сияли рекламой, обещали лучшее качество, меньшие затраты, запредельные возможности.

Небоскрёбы напоминали рождественские ёлки, сплошь в огнях проекторов и экранов. И я верила в чудо. Ждала всполоха падающей звезды или Санты в июле. Потому что только чудо могло нам помочь. И Калеб, кажется, готовился сейчас совершить чудо.

– Финниган, который твой контролёр? – уточнила я.

– Да, он заинтересован во мне как в специалисте, но утверждает, что пост я удержу только при наличии полной семьи.

Мы доказывали, что достойны, уже пятый год. Калеба повысили. Новый пост начальника отдела распределения пищевых ресурсов дарил надежду. Цифра очереди сдвинется на добрые десять тысяч. Но останется ещё шестьдесят тысяч и злополучный хвост — триста два. Столько счастливчиков впереди нас. Они лучше и достойнее? Сомневаюсь. Годам к пятидесяти мы, возможно, получим разрешение. И мои руки наконец-то ощутят тяжесть и тепло маленького тела. Я стану мамой.

Если, конечно, за это время Калеб не провалит испытательный срок, не совершит просчёт или не найдётся специалист моложе и результативнее.

И если я не сдам ИМ экзамен Идеальная Мать.

– Я объяснил нашу ситуацию, – Калеб старательно делал вид, что не нервничает, — Наш номер очереди. Он предложил поучаствовать в экспериментальной программе. При согласии нам выдадут разрешение на двоих детей.

– И ты столько молчал? — желание удавить мужа и расцеловать его разрывало меня.