Лига перепуганных мужчин

Штука в том, что более безобидного создания, нежели я, и вообразить-то трудно. Да я сам боюсь! Сообразно телосложению боюсь всего. Например, из-за своей жалкой психической неадекватности я постоянно пребываю в страхе насильственного нападения того или иного рода и потому обычно вооружен. Вот…

Пол Чапин устроил переполох будь здоров! Когда его правая рука скользнула за спину и задрала полу смокинга, из группы раздалось два-три предостерегающих возгласа, а я бросился на него. От моего толчка он, черт возьми, едва не опрокинулся – он ведь еще и опирался на трость, – однако я схватил его за правое запястье и удержал от падения.

Затем левой рукой выдернул револьвер из его заднего кармана.

– Арчи! – набросился на меня Вулф. – Освободи мистера Чапина. – Я отпустил его руку, но Вулф не унимался: – Отдай ему его… вещь.

Я взглянул на оружие: видавший виды револьвер тридцать второго калибра, оказавшийся незаряженным. Пол Чапин, в светлых глазах которого так и не появилось какого-либо выражения, протянул руку.

Я вложил в нее револьвер, и он так и оставил его лежать на ладони, словно это была тарелка с яблочным муссом.

– Черт тебя побери, Арчи! – воскликнул Вулф. – Ты помешал мистеру Чапину сделать драматичный и эффектный жест. Я понимаю, мистер Чапин. Приношу извинения. Могу я взглянуть на оружие?

Чапин протянул ему револьвер, и Вулф осмотрел его. Затем откинул барабан, вернул его на место, взвел курок, щелкнул спусковым крючком и снова осмотрел.

Наконец заключил:

– Опасное оружие. Оно пугает меня. Как и любое оружие. Могу я показать его мистеру Гудвину?

Чапин пожал плечами, и Вулф вручил мне револьвер. Я внимательно изучил его под лампой, взвел курок, увидел то же, что и Вулф, и усмехнулся. Но потом поднял глаза, обнаружил на себе взгляд Пола Чапина, и мою усмешку как рукой сняло. По-прежнему можно было сказать, что в них не было никакого выражения, однако в их глубине чувствовалось нечто, что мне не захотелось бы извлечь на обозрение.

Я протянул ему револьвер, и он засунул его обратно в задний карман. Потом беззаботно заметил как мне, так и Вулфу:

– Вот и все, как видите. Эффект чисто психологический. Я многое узнал о психологии от своего друга Энди Хиббарда.

Последовали восклицания. Джордж Пратт шагнул к Чапину и уставился на него испепеляющим взором.