Безмолвная

– Скорее, подобие, – проговорил я себе под нос и, показывая пальцем на дисплей телефона, произнес уже громче: – Поскольку это все, что осталось после ее исчезновения. Понимаете меня?

– Конечно же…

– Вы ведь видите, что это идентичный фотоснимок?

– Это не подлежит сомнению.

– Так откуда же эта копия?

Прокоцкий глубоко вздохнул.

– Это задача для профессионалов. Несколько подобных дел мне уже приходилось распутывать…

Я молчал, опасаясь, что могу сказать что-нибудь такое, о чем позднее буду сожалеть.

– Можете положиться на мой опыт.

– Полагаюсь, – подтвердил я, хотя на данном этапе уже ничуть не доверял ему.

– В таком случае прошу оставить это нам. Обещаю сделать все, что в наших силах, для выяснения всех обстоятельств.

– Не сомневаюсь.

Я ждал чего-то большего. Заявления, что они немедленно свяжутся с британцами для выяснения намерений Брэдди. Тем временем Прокоцкий поднялся со стула и протянул мне руку. Я думал, что он собирается попрощаться со мной, но вышло иначе.

– Свой телефон вам придется оставить у нас…

– Зачем?

– Он может стать важным вещественным доказательством.

– Но…

– Пан Вернер, прошу полностью довериться мне. Мы действительно сделаем всё, чтобы отыскать вашу невесту.

Я глянул на аппарат и почувствовал себя так, словно должен был распрощаться с чем-то более значимым и близким для себя, чем просто телефон. Не так уж часто мне доводилось им пользоваться – просто не было повода; но в нем был ее фотоснимок – моя единственная копия…

– Я предпочел бы…

– Вы хотите ее найти? – прервал меня подко-миссар.

Я поник головой.

– В таком случае положитесь на нас. Мы знаем, что делаем.

Прокоцкий ждал с протянутой рукой, пока я не отдал ему аппарат. Может быть, я еще дважды подумал бы, не будь так морально разбит и дезориентирован происходящим.

– Возобновите расследование? – спросил я, когда он провожал меня к двери.

– Если новый материал позволит, то конечно.

– Если?..

– Будем на связи, – заверил меня Прокоцкий.

Не думал я, что все это будет так затруднительно. Тем более что мой телефон остался у него. Но это была не единственная вещь, которой у меня не стало в этот день.

Я вернулся домой с намерением как можно скорее скачать снимок из «Фейсбука». Я должен был иметь его – сейчас это было для меня важнее, чем просто обладать воспоминаниями, связанными с Евой.

Фотография, однако, исчезла, как и предшествующий ей пост.