Гемма, ода и другие. Две по цене одной

– Трррицать воссссемь, капитан! – сидящий на его плече хамелеон с удовлетворением осмотрел бездыханное тело – Ещщщеще два, и мы побьем прошшшшшлогодний рекорд! Бросссьте его на корм акулам, капитан, покажите всем, что жизнь ничего не стоит! Она лишшшь жжжалкий переххход из одногососссстояния в другое.

Одноглазый пират с сомнением глянул на чешуйчатого соратника. Нездоровая тяга ящерицы к смерти напрягала.

– Капитан! – рулевой укоризненно покачал головой. – Это уже третий юнга за месяц, может быть, вы все-таки начнете принимать те капли?

Пуля просвистела мимо уха.

С истошным «Вяяяяк!» жирная чайка ушла под воду. Сидящие на корме сородичи в знак траура кинули на нее скелет рыбы.

– Ну нет, так нет! – пират равнодушно вернулся к штурвалу.

– Капитан! – боцман был более осторожен. Он зашел спереди и вручил бинокль. – Капитан, смотрите!

– Издеваешься, сукин кот? – капитан с ненавистью уставился на две выпуклых линзы.

– Прощеньица просим! – боцман пакостно улыбнулся и заменил окуляры подзорной трубой. – Гляньте, там, в трехстах нырках, чуть левее Парных Пиков, корабль.

– Какая радосссссть – из крохотных щелочек хамелеона смотрела сама смерть- Скоро вссссе здессссь зальет кровью!

Помня о том, как именно он лишился глаза, кэп осторожно приблизил трубку ко второму.

– Гилдованский, капитан! – боцман проверил остроту сабли. – Они хоть и бедные, но товары везут – самое то! Даже если загнать Пузатому Ершу, можно взять хорошие проценты.

Рулевой нетерпеливо забарабанил по штурвалу.

– Гилдованский значит, – капитан улыбнулся, показав крепкие серо – желтые зубы. – Покажем им, народ, что значит без спросу шляться в наших водах!

– Капитан, позвольте мне пойти на абордаж перв…

Бум!

– Тридццццццать девять, капитан! Осссссталсссся ещщщщще один!

– Я предупреждал!

– Еще можно попробовать глубоко вдохнуть, а потом резко выпустить из себя весь воздух!

Зеленый Авик сделал в точности, как велели, и выпустил за борт содержимое своего желудка.

– Может, водички? – рискнул предложить лекарь.

При слове «вода» полусвятого вновь скрутило. Аватор перегнулся через перила. Команда сочувственно вздыхала, менестрель с удовольствием рассматривал монашескую задницу. Как он появился на корабле, никто не знал.

– А еще можно постоять на руках.

Команда посмотрела на боцмана с недюжинным подозрением.