Гемма, ода и другие. Две по цене одной

Матросы всегда подозревали в нем скрытые замашки садиста. Особенно тогда, когда нашли в его шкафу миниатюрную пыточную комнату для крыс.

– А давайте мы таки вас сначала накормим, напоем, потом растрясем и за ноги подвесим? А потом все станем в кружок и будем учить вас жизни!

– Моя тетя всегда так делала! Она говорила, что так все плохое уходит в землю, откуда оно пришло!

– А где таки сейчас ваша тетя?

– Умерла от кровоизлияния в мозг, но это совершенно ничего не значит!

Наконец Авику немного полегчало.

– Авик, а ты таки похудел!

Селка всегда умела найти нужные слова, чтобы подбодрить человека. Торговка видела хорошее даже в таких безнадежных случаях когда несчастный оставался без крыши над головой (вы шо, зато у нас такой туточки воздух!) или же когда акулы откусывали ему ноги (а ви таки знаете скольки сейчас стоят сапоги?)

Аватор слабо улыбнулся. Это было маленьким, но все-таки утешением.

Боммм! Боммм!

– Партия моя, обед – героиня скатала свиток и устремилась в сторону камбуза.

Священника вновь призвало море.

Бульк!

Последний звук вышел особенно громким. Как будто за борт выплеснули литров двадцать.

– Авик! – Селка кинулась к дорогому коллеге – Авичка, скажите мине ваше последнее слово. Мине твою заначку забрать можно? А молитвенник?

– Селка, ша! Туда…гляди! – Умирать полусвятой не собирался. Хотя бы из – за банального нежелания делиться.

Из глубин на аватора смотрела незнакомая девушка. При виде нее, первым желанием торговки было крикнуть «Пыля! Пыля!» и насыпать ей зерна.

Девушка была красива – огромные синие глаза, пухлые губки, длинные волосы… Ничего, что зеленые и там копошатся улитки, он сам сейчас отнюдь не красавец. Впрочем, не только сейчас…

Аватор машинально перевел взгляд ниже – а вот и острые грудки с подсыхающими на них водяными капельками, и маленькие сосочки…Тоже зеленые, но кого это волнует?

На одном из сосков прелестного создания болталась сережка в форме капельки.

– Ух ты! – Полусвятой потянулся потрогать изящное украшение.

– Авик, погоди, это же… – голос Сотлиссы долетал откуда – то издалека.

Женщина заливисто расхохоталась и отпрянула назад. За спиной у нее были крылья. Священник перелез через перила.

– Та стой ты, малохольный! Утописси! – Селка попыталась удержать коллегу за хламиду. В руках торговки остался лишь жалкий клочок ткани.