Счастье по-драконьи. Новый год в Академии

Я давно знала, что нравлюсь Иниру, и сразу же, как только он попытался за мной ухаживать, дала понять, что у него нет шансов. Но рыжий не унимался. Намекал, наматывал вокруг меня круги, приглашал на свидания, проглатывал очередной отказ, и все начиналось сначала.

Вчерашняя вечеринка показалась ему прекрасным поводом смягчить строптивую меня и наладить наконец отношения.

– Я ведь только пару капель… для настроения, – сопел он покаянно. – Потом тебя в парк пригласил… прогуляться. Ты согласилась, только сказала, что сначала к себе в комнату сходишь ненадолго.

Да не собиралась я возвращаться.

Помню, как смеялась в ответ на идиотские шутки рыжего, и сам он вдруг показался мне таким милым, что я поддалась порыву и не стала обижать не в меру настойчивого поклонника отказом. Но почти сразу опомнилась, решила потихоньку сбежать и лечь спать.

Так… а дальше что?

Приняла душ, надела свою любимую пижа…

Пижама…

Я прикусила губу, вспомнив, как, уже забравшись под одеяло, сонно бормотала изображенной на рукаве розовой рептилии:

– Не нужны мне никакие Иниры, нам и без него неплохо.

Клыкастый согласно скалился в ответ.

Я так и задремала с мыслью о драконах – о том, как хорошо с ними засыпать и просыпаться.

М-да… вот и проснулась. Только не с розовым, а с самым что ни на есть настоящим, коварным и таким обольстительным драконом.

Хост побери, выходит, это я сама портал прямо к Тейджу в кровать построила? В состоянии полной невменяемости и с ослабленным от алкоголя самоконтролем.

Все терпеливо ждали моего ответа, и я, сдвинув брови, холодно произнесла:

– Что я хотела, уже неважно…

Конечно, неважно. Не буду же я тебя, рыжий-бесстыжий, в свои мечты о совместных ночах с розовыми драконами посвящать.

– Главное, что получилось. Благодаря тебе, – снова обвиняюще ткнула пальцем в Инира, – и твоей «паре капель», я оказалась Создатель знает где.

Близняшки сдавленно ахнули. Шеам с Кастом беспокойно заерзали на подоконнике, словно в них одновременно воткнули по шилу, Марта вышла из-за моей спины, и ее взгляд, устремленный на Инира, стал совсем-совсем нехорошим.

Рыжий побледнел… покраснел… опять побледнел. Я с интересом проследила, как этот новоявленный хамелеон меняет окраску – видимо, под цвет своих мыслей, – а потом припечатала:

– Будешь теперь должен.