Прощай, мечта

Тори подумала о том, что если бы она приехала раньше, то не застала бы его здесь. И это было бы к лучшему. Но так ли?

– Когда вы уволились из армии?

– Не так давно. Но домой я приехал два дня назад. – Он усмехнулся. – Меня не было более десяти лет, а ничего не изменилось. – Он поморщился, потом равнодушно пожал плечом. – В любом случае просто не могу поверить, как много это место значит для меня. Куда не посмотрю, везде напоминания о моей прежней жизни. Видите ту сломанную калитку в розарий? Я там сказал моей подружке, с которой учился в школе, что не женюсь на ней, что я вообще не собираюсь ни на ком жениться – не тот я человек.

А она залепила мне пощечину, а потом с такой силой захлопнула эту несчастную калитку, что почти сорвала с петель.

Тори попыталась вспомнить, кто же это мог быть, но на ум никто не приходил.

– А видите вон ту кучку камней у дуба? Там мы с братом похоронили нашу старую собаку Невилла.

Тори охнула, но еле слышно. Она и забыла про Рики. Он был на два года старше Марка, застенчивый и робкий компьютерный гений.

Что случилось с Рики?

– Мы устроили погребальную службу и опустили пса в землю, – продолжал Марк, еле заметно улыбнувшись.

– А где ваш брат? – спросила она, надеясь, что он еще что-нибудь расскажет.

Марк долго ничего не отвечал, а когда заговорил, то голос у него дрогнул.

– Умер. Трудно даже представить, как давно это произошло. Он умер десять лет назад.

– Господи!

Это поразило ее, как удар электрическим током. Какой ужас! Тори не ожидала, что это известие настолько ее потрясет.

Рики мало что для нее значил. Не сравнить с Марком. В ее мыслях Рики был таким же врагом, как и все Хантингтоны. Но честно ли это? Он ведь тоже часть ее прошлого.

Сколько трагедий! Рики, отец Марка, ее собственный отец – все они ушли из жизни. Веки защипало от слез, и она зажала рот ладонями.

Марк смотрел на нее, недоумевая, почему смерть его брата так ее тронула. Вот в этом и заключается ее прелесть – она постоянно его удивляет. Только он решит, что разгадал ее, как она сделает или скажет что-нибудь такое, что ему становится ясно, как бесполезно торопиться с выводами.

Он отвернулся и снова стал смотреть вдаль.

– Видите красную черепичную крышу? Это дом бывшего дворецкого, – сказал он. – У него была маленькая дочка. Она часто пряталась на яблоне, когда я мыл машину рядом у сарая. Она дожидалась, когда я уходил, а машина была вымыта, и бросала яблочные огрызки на сверкающий чистотой капот.