Рубиновый закат

– Эдера, где ты? И почему выпила? Ты несовершеннолетняя, напомни это своим бестолковым друзьям!

– Ну, пап, не будь букой! Мама и так держит меня на привязи, хоть ты дай насладиться свободой!

– Скоро два часа ночи! Куда уж больше свободы! Мне завтра рано вставать, поэтому у тебя полчаса. В 2:15 я включаю сигнализацию.

Не дождавшись ответа дочери, Грир бросил трубку и прошел в свою гардеробную. Дорогие костюмы, галстуки, обувь и аксессуары успокаивали его. Он всё это заслужил тяжелым трудом, а Эдера пользуется благами в силу рождения.

Какая несправедливость.

Лэндон вспомнил, как благодаря сексуальной связи с Замом декана – Дилэйни Спуур получил грант на образование в Имперском колледже, который его однокурсники ждали несколько лет, но так и не дождались. Еще во время учебы в школе он слышал, что профессор Спуур питает слабость к юнцам вроде него, поэтому очаровать ее было не сложно. Зная, где она обедает, Грир явился в заведение и как бы невзначай познакомился с женщиной.

Расплатившись за кофе с сандвичем, он присел за ее столик и в упор уставился на нее. Наглость вчерашнего школьника профессорша оценила, и уже следующую ночь они провели вместе в ее квартире.

Юноша солгал, что стал мужчиной именно в ее объятиях, чем заслужил расположение красивой женщины. Она выбила для него грант на учебу в Колледже, одноместную комнату в студенческом общежитии и регулярно снабжала деньгами. С началом занятий Лэндон совсем перестал появляться дома, раз в семестр писал матери короткое письмо, что у него всё в порядке, и отправлял в конверте двадцать фунтов.

Больше всего его радовало на учебе в медицинском факультете то, что можно было в открытую делать трепанацию черепа трупу и не слыть уродом или извращенцем. Изучая внутренности человека или животного, Грир испытывал некое подобие эйфории. Ему казалось, что он знает неведомую никому тайну, секрет бытия.

В то время, как девушки с его курса и даже некоторые однокурсники падали в обморок или бежали в туалет из-за тошноты, Лэндон с хладнокровным спокойствием разрезал скальпелем части тела и разглядывал их под люминесцентными лампами.

Что касается теории, то и учебники давались ему легко, поэтому на экзаменах он никогда не пользовался шпаргалками, как остальные студенты.

Любовь к учебе пересиливала гормоны в отношении противоположного пола, более того, она пересиливала больное состояние: высокую температуру, пищевое отравление или диарею.