2 в 1, или Нас (не) ждали

Да черт дери же тебя, Роман хрен знает как по батюшке. Второй раз за короткое время я становлюсь из-за тебя пострадавшей. И если дальше все покатится по этой наклонной, то замуж я точно поскачу на костылях или вообще в инвалидном кресле.

– Маш, – начал было отец, но вовремя остановился, покосившись на гостя.

Да-да, папочка, я знаю, что ты мне хотел сказать. Что веду себя словно ребенок. Что тебе стыдно перед этим садюгой за мое поведение. Что вообще я твоя непутевая дочь, которая живет и поступает так, как левой пятке в приступе шизофрении захотелось.

– Владимир Иванович, я помогу Марии добраться до ее комнаты и вызову сюда своего специалиста. Нужно осмотреть, нет ли каких повреждений, – не выпуская меня из рук, сказал Роман.

– Ну уж фигушки! – тут же возразила я, вспоминая, какой бардак навела, пока искала подходящее платье.

– Цыц, малявка! – прошипел он мне на ухо и поволок в сторону лестницы. – Веди.

Чуть ли не сгорая со стыда, я все же повиновалась его приказу и, понурив голову, поплелась в сторону комнаты.

У двери к себе я остановилась и обернулась на Романа.

– Дальше я сама, – пробормотала, избегая смотреть в его глаза.

– Зная тебя, ты сама можешь только запнуться и еще раз свалиться. Третий, почти юбилейный раз. Нет уж, давай, шевели колготками, – помотал головой он, игнорируя мои жалкие попытки защитить свою территорию.

Не дожидаясь, пока я решусь и открою дверь, Роман обошел меня и шагнул в комнату.

И тут, как назло, я вспомнила, что, стащив с себя трусики, я беспечно швырнула их на кровать. Застонав, ринулась за ними, но поздно…

Он стоял и практически не дышал, лишь кончики ушей горели огнем. Я испугалась, что если так и дальше пойдет, то его вообще разорвет на куски. Надуется, как шар, и лопнет, украсив мою светлую и уютную комнатку своим внутренним миром, так сказать.

Метнувшись быстрее молнии, я схватила кружево и поспешила убрать с глаз долой.

– Дыши, ты главное дыши! – успокаивающе пробормотала я, осторожно прикасаясь к его плечу.

И в следующую секунду оказалась прижатой к стене. Да еще при этом и пребольно стукнулась затылком. Так, что аж зубы клацнули.

– Офигел? – непонимающе уставилась на Романа. – Сейчас-то что не так?

Он молчал, лишь его грудная клетка вздымалась тяжело, словно только-только вернулся с пробежки и не успел как следует отдышаться.