P.S Реквием

Он медленно кружил сестру в танце, немного выбиваясь из общего ритма.

– Уже нашла, что искала? – спросил он, задорно улыбаясь. – Я думаю стоит лучше присмотреться к молодому Кириваткину. И богат, и хорош собой, и понравиться родителям, – Олег скользнул взглядом по сидящему в углу отцу. Отчего то тот был хмур и не сводил глаз с танцующей тетушки Алёны.

– Чтобы вновь оказаться в глуши? – скривила она носик.

– Они ведь живут в Юстинии.

– Только несколько месяцев в году, – хмыкнула Надежда.

– Тут ты права, – согласился Олег, а после скептично заметил. – Тогда остаётся только Багров.

– Ни за что. Он выскочка и крикун.

Кандидатуру Золотарёва они отвергли сразу.

– Более-менее подходящие претенденты на этом закончились, – не слишком удивился Олег.

– Не страшно, если мужчина не будет хорош собой, главное, чтобы был богат и жил в столице. Не подскажешь такого?

– Может и подскажу, – вздохнул Олег, готовясь к выговору от родителей и старших членов семьи.

– Тот самый ювелир? – глаза Надежды вспыхнули алчностью.

– Но признаться, он мне не по душе.

– Почему?

– Слишком тихий, слишком неприметный. Он словно большое белое пятно, глазу не за что зацепиться, – чуть нахмурился Олег. – Ни друзей, ни семьи. Ни пьет, ни курит. Он… странный. Кто знает, что у него на уме? Да к тому же у него сын.

– Богат говоришь? Вряд ли он многого хочет. А ребенок, это ерунда.

– Не спеши с решением. Ещё есть Шилов, то же довольно богатый и видный.

– Это тот в бархатном камзоле?

– Да.

– Нет, – фыркнула Надежда. – Я танцевала с ним и могу сказать, что этот франт довольно приставуч, так и норовил прижаться поближе. Он не подходит. Я уже испытываю к нему отвращение.

Олег вздохнул:

– Поступай, как знаешь.

– Ты ведь меня поддержишь? – спросила Надежда, смотря ему в глаза.

– Всенепременно, – улыбнулся Олег и они раскланялись друг другу. Вальс сменился полькой.

Надежда хорошо осознавала, что попытка у неё была только одна. Вряд ли судьба вновь милостиво подкинула ещё одну возможность. И Надежда сделала ставку на незаметного, как выразился Олег, Сергея Горячего. Он казался ей глиной, из которой можно было слепить всё, что пожелаешь, и Надежда верила, что ей это под силу.