Дорога волка

Грабли брякнули. Я поднял голову и увидел, что бабушка согнулась чуть ли не пополам.

– Бабушка?

Она не двигалась.

– Бабушка? – я подошёл поближе, и, не дождавшись ответа, положил ей руку на плечо.

– Я в порядке! – она отбросила мою руку.

Немного постояв так, она распрямилась, поморщилась и, схватившись за живот, ушла в дом. Через окно в кухне я смотрел, как она наливает себе стакан воды и уходит из поля зрения. Гладкая птичка мышиного цвета подлетела к коттеджу, спряталась под крышей, вылезла и снова улетела.

Я не видел бабушку. Птичка вернулась и скрылась в дыре, где у неё, видимо, было гнездо. Я пошёл проверить, что с бабушкой.

– Ба-аб! – позвал я.

В коттедже было тихо.

Я спешно обошёл дом и увидел её в гостиной. Она полулежала в кресле с закрытыми глазами и поникшей головой. Морщинистая рука покоилась на коленях.

Она была мертва, я так и знал. Но вдруг её грудь поднялась и опустилась, а во рту её что-то как будто щёлкнуло, когда она вздохнула. Прямо как мама, когда та спала.

Когда ты умираешь, твоё тело больше не издаёт звуки. Ты всё теряешь. Даже вещи принимают это как должное. Например, сон.

Я снова вышел и обогнул дом снаружи.

По дороге струилась вода. С деревьев капало. Я пересёк подъездную дорожку и пошёл по дороге до того места, где она начинала подниматься вверх. Ветра не было. Я слышал только бурление воды в канаве и далёкий рёв потока.

Вскоре асфальт сменился травой. Через несколько минут я остановился. Я уже поднялся довольно высоко. Подо мной был лес, в котором прятался покрытый тёмным шифером коттедж.

Где-то за деревьями бежала главная дорога. С одной её стороны была деревня, с другой – озеро. Я поднялся так высоко, что видел подножья гор на дальней стороне долины. Повернувшись, я отправился дальше. У края дороги стояли лохматые чёрные овцы. С их шерсти свисали комки грязи и навоза. Они были смелее обычных овец. Меня преследовали их подозрительные взгляды.

Дорога упёрлась в каменную стену с приставленной к ней деревянной лестницей.

Шум воды усилился и был похож на шум водопада. Слева, где-то в миле от меня, стоял дом – видимо, ферма Бенедиктов. К ней из долины вела крутая дорога, но я не увидел, как до неё добраться отсюда. Каменистая тропинка за стеной вела наверх, внутрь облака.

Я взобрался по лестнице на стену и слез с другой стороны по другой лестнице. По влажной траве я добрался до потока, который срывался с утёса в чёрное озерцо. Тонкие голые деревья стояли по его краям.