Луна-парк

Ким заползла на одеяло и легла на спину, заложив руки за голову.

– До чего хорошо, – сказала она.

– Думаешь, не слишком холодно, чтобы мазаться маслом? – дрожащим голосом спросил Бакстер.

– А мне хочется, – сказала Ким.

Он отыскал в кармане пластиковый флакон и бросил на одеяло у ее ног, затем снял носки и тренировочный костюм и опустился перед ней на колени.

Она лежала прямо, сжав ноги, ее загорелая кожа почти сливалась с темным песком и темным одеялом, но все равно выделялась на фоне темноты променада.

Руки с расставленными локтями по-прежнему покоились под головой. Она слегка извивалась, словно наслаждаясь мягкостью одеяла и предвкушая прикосновения мужниных рук.

Бакстер снял крышку с флакона и провел дорожку масла по ее правой ноге и выше. Ким вздрогнула и выгнула спину, когда дорожка пересекла ее пах, и вновь расслабилась, когда муж повел ее вниз по левой ноге. Он стал водить руками по ее коже, размазывая масло. Аромат кокоса вызывал мысли о сладкой вате; ему захотелось попробовать кожу Ким на вкус.

Ее подбритые голени были немного шершавыми, зато кожа бедер казалась атласной.

Она раздвинула ноги. Она застонала, забилась, когда он начал натирать ее там.

Склонившись над ней, Бакстер обнял ее скользкими от масла руками. Ее нагота, прикосновения ее тела – все это лишало его самообладания, несмотря даже на ветер, который поглаживал его ноги, обдувал промежность, проникая между ягодиц, взбирался по спине и ерошил волосы. Несмотря на все это, Бакстер был невероятно возбужден.

Стараясь успокоиться, пока не стало слишком поздно, он положил руки на бедра Ким, опустил голову и закрыл глаза.

Она сказала, что ей невероятно хорошо.

Да не то слово.

Они уже занимались любовью дважды, в номере мотеля перед сном. И бесчисленное множество раз на протяжении предыдущего месяца. Но такого он не испытывал никогда.

А ведь это только начало. Она еще даже не дотронулась до него.

Надо бы начать сзади, подумал он.

Он почувствовал ладони Ким у себя на спине.

Они скользнули вдоль плеч и, обхватив его руки, направили их вниз, между ее ног.

– Проявляешь инициативу? – пошутил он, приподняв голову.

Она улыбнулась и, изогнувшись, вытянула руки над головой.

Он ласкал ее пальцами.

Она ахнула.

Но ведь я не сделал ей больно, подумал Бакстер… и когда она выскользнула из-под него, он, чувствуя, как ладони соскочили с ее бедер, подумал: чего это она?

– Бакс! – завизжала Ким.

Он поднял голову.