Темные ущелья

Стоило предположить, что оставшимися были благочестивый Крэг и его единомышленник. Рингил ухмыльнулся и ткнул щитом наугад.

– Ты, ты, ты и ты. Благодарю, господа. – Повернувшись к Шахну, коротко прибавил: – Передай Хальду, что мы будем удерживать склон столько, сколько сможем, но нам не помешает подкрепление. Ладно, иди. Сделай это. Остальные – со мной. Давайте загоним их на хер обратно на холм, ага?

Мрачный смех. Они знали, что их просят сделать, знали, каковы шансы. Пять клинков, чтобы остановить бегущих по улице каперов в неизвестном количестве – и наклон местности тоже был против них.

Он поднял Друга Воронов как стальное знамя.

– За ваших товарищей, господа, – за Империю! Покажем, чего все это стоит!

«За Империю, Гил? Ты чего еще выдумал, а?»

«Главное, чтобы сработало».

Они рванули за угол, добрались туда примерно в то же время, что и спешащие по улице каперы – это получилась в некотором роде засада, и даже успешная.

Спускающиеся солдаты в буквальном смысле споткнулись об отряд Рингила. Гил ударил ведущего капера щитом, сбил его с ног, ударил ногой в голову и оставил, чтобы кто-то другой добил его. Он низко рубанул следующего противника, подсек ему ноги чуть ли не быстрей, чем капер понял, что его атакуют. Скользнул в сторону, пока искалеченный и вопящий солдат кубарем катился вниз, расставил ноги для равновесия и, когда налетел третий – удар! блок! еще удар! – не перестал выискивать бреши в защите. И еще постоянно следил за брусчаткой под ногами, потому что от ночного тумана и утренней росы она была предательски скользкой.

Капер, с которым Рингил столкнулся, обнаружил то же самое, с поправкой на слишком быстрое движение вниз по улице – он запнулся, парируя, не рассчитал расстояние, – и Друг Воронов отсек ему руку ниже локтя, словно серп. Хлынула кровь, и капер взревел, как бык на бойне, увидев, что произошло. Рингил грубо схватил его за куртку, оттолкнул в сторону.

На лицо ему попало немного крови, теплой и влажной, когда противник с криком упал на мостовую.

Отряд имперцев раскрылся вокруг него словно лепестки зловещей черной розы. Грохот щитов, рубящие и колющие удары – они обрушили на растерянных каперов такой натиск, что те могли только спотыкаться на склоне, и убили с полдесятка, прежде чем кто-то сумел отступить и организовать достойную оборону.