Башня Нерона

Увидимся с вами обоими на завтраке.

– На завтраке? – изумленно переспросил я.

– Да, – кивнул Дионис. – Это когда едят блинчики. А я люблю блинчики. – И он исчез в сверкающем облачке виноградного аромата.

– Выпендрежник, – пробормотал я.

Уилл рассмеялся:

– Ты и правда изменился.

– Когда уже все перестанут мне об этом говорить!

– Но это же хорошо.

Я снова взглянул на свое побитое тело:

– Как скажешь. Можно одолжить у тебя что-нибудь из одежды или мешок какой-нибудь?

Вот все, что вам нужно знать об Уилле Соласе: он приготовил для меня одежду.

Когда он ездил в город в прошлый раз, то специально купил вещи, которые могут мне подойти.

– Я подумал, что в конце концов ты вернешься в лагерь, – объяснил он. – По крайней мере, надеялся на это. Мне хотелось, чтобы ты чувствовал себя здесь как дома.

Этого хватило, чтобы я снова разревелся. О боги, я был эмоционально разбит. Уилл оказался таким заботливым, и эту черту он унаследовал не от меня. Ею он обязан своей матери Наоми и ее доброму сердцу.

Я хотел обнять Уилла, но так как я стоял в одних трусах, а он – в полотенце, это было бы неловко. Вместо этого он похлопал меня по плечу.

– Сходи в душ, – посоветовал он. – Остальные отправились в поход рано утром, – он указал на пустые кровати, – но скоро они вернутся. Я тебя подожду.

Когда я помылся и переоделся – в новые джинсы и оливковую футболку с V-образным воротом, которые сели идеально, – Уилл наложил мне на лоб свежую повязку и дал аспирин, потому что болело у меня все.

Я снова почувствовал себя почти человеком – в хорошем смысле этого слова, – и тут вдали протрубила раковина, призывая обитателей лагеря на завтрак.

На пороге мы столкнулись с Кайлой и Остином, которые возвращались из похода и вели за собой троих новичков. Снова были слезы и объятия.

– Ты вырос! – Кайла схватила меня за плечи сильными руками лучницы. От июньского солнца ее веснушки проступили ярче. Ее рыжие волосы с зелеными кончиками напомнили мне о конфетах-тыковках, популярных в Хеллоуин.

 – Стал минимум на два дюйма выше! Правда, Остин?

– Определенно, – согласился Остин.

Остин был джазовым музыкантом и обычно держался спокойно и невозмутимо, но сейчас он улыбнулся мне так, будто я исполнил соло, достойное Орнетта Коулмана[21 - Орнетт Коулман – американский джазовый музыкант.]. Оранжевая лагерная футболка без рукавов открывала его темные руки. Косички у него на голове были заплетены вкруговую и напоминали следы, оставленные НЛО на полях.